Все вечера
С теплом июльским, с голосом твоим читает память, расставляя вешки,
как праведный свидетель Никодим.
Она мое умащивает тело,
хоронит, воскрешая вновь и вновь,
ту птицу, что сырой гортанью пела
и ставила по крошке на любовь.
Ее доспехи превратились в росчерк звезды, упавшей на мою ладонь,
и я ломал, вымучивая почерк,
горячим словом пробивая бронь.
И этот жар, и это безрассудство, последний шанс, дарованный судьбой, преобразуясь в чистое искусство, закроет плотно двери за тобой.
Свидетельство о публикации №126022309814