Обида

Откуда ты, скажи мне, мать обид?
В каком аду тебя взрастили черти?
Один молчит – в нём боль огнём горит,
Другой кричит – и ждёт своей лишь смерти.

Один – смахнул обиду, как слезу,
Другой – взорвался, будто порох, сразу.
А третий в детстве спрятал в себе грусть,
Чтоб взрослым не показывать ни разу.

Быть может, дело в памяти и вере,
А может, в том, что в детстве нас не ждали.
Кто дрался – тот привык к любой потере,
Кто плакал – тех потом не утешали.

Один орёт – он хочет, чтоб жалели,
Другой молчит – он сам себя терзает.
Но кто из них дойдёт до нужной цели,
Простит врага – и душу не сломает?

А может, всё из прошлых грёз,
Где нас юнцов не берегли и не ласкали?
Да, вырос человек – без слёз,
Но шрамы те под кожей не пропали.

И каждый раз, когда тебя толкают,
Ты не кричишь – ты зажимаешь крик.
И люди мимо, мимо пролетают,
Не зная, что в тебе дитя поник.

Прощение – вот главное искусство.
Но как понять, что ты простил, ответь?
Когда не давит, не свербит, не пусто,
И не терзает больше эта сеть.

Когда ты можешь дать последнюю рубашку
Тому, кто плюнул, предал, растоптал?
Не для того, чтоб показать, как тяжко,
А просто потому, что Бог сказал?

Но вера – дело тонкое, хрупкое.
Поверить вновь – как в омут с головой.
Вдруг он опять? Вдруг снова будет глупо?
И ты опять внутри себя не свой.

А может, верить стоит, но с оглядкой?
Простить – да. Отпустить – но не забыть?
Чтоб если вновь ударит подлой хваткой,
Ты смог уйти и дверь за ним закрыть!?

Но главное – не отпускать всех сразу,
Кто кается и тянет к тебе нить.
Простить и верить – это не заразно,
Ведь можно научиться так ценить.

И тот, кто просит, но не просит много,
Кто помнит боль, но не вонзает нож,
Тот идёт с тобой одной дорогой,
И с ним, быть может, счастье обретёшь.

А те, кто сядут на шею с улыбкой,
Кто путает добро с пустым кошельком,
Прости и их – все делают ошибки,
Иди вперёд, не став для них теплом.

Обида – это эхо детских ран,
Прощение – это выбор, а не слабость.
И если ты простил – рассеялся туман,
Ты просто взял и отпустил усталость.