Ядрёный стыд и карамельный постмодернизм

Заходит как-то Читатель на портал «Стихира», а навстречу ему выходит Шут в клетчатых штанах и с бубенчиками на колпаке.

Шут:
— О, привет, обыватель! Опять за стихами? Нынче Поэт наш в ударе — такое настрочил, что рифмы аж искрят! Пойдём, покажу!

Читатель пожимает плечами, идут. Видят: сидит Поэт, весь вдохновенный, строчит, языком прищёлкивает.

Читатель заглядывает через плечо и читает вслух:

Я шёл домой, и фонари горели,
Как… геморрой у старой карамели…

Читатель (хмурится):
— Ну вот, опять халтура. В душу не лезет, в рифме сплошной надрыв. Безвкусица какая-то.

Шут (хохочет и кувыркается):
— Ха! А ты попроси его «Эмпиреи» накатать! Или открытку к Восьмому марта!

Поэт обиженно поднимает голову:
— Это вы ничего не понимаете в современной метафоре! У меня тут, между прочим, постмодернизм! Разрыв шаблона!

Шут тут же выхватывает у Поэта листок, комкает и лепит себе на колпак.
— Шаблон, говоришь? Теперь это моя шляпа! А тебе, Читатель, держи нормальный стих.

Шут подмигивает, выдёргивает из воздуха бумажку и суёт Читателю. На ней написано просто и ясно:

За окном темнота.
Воет пес на луну.
Мне тепло иногда.

Читатель вздыхает:
— Вот. Хоть дыра в душе, но зато не ядрёный стыд. Пойду, пожалуй, домой, пока ещё один Поэт не подсунул мне «карамель».

Шут (вдогонку):
— Заходи, если что! Мы тут всегда: я — за шутки, Поэт — за халтуру, а Стихира — за архив!