Привет Крикалёву

Алиса опять одела свой несгораемый костюм, аллюминевые сапоги и взяла бластер. Космос. Я за победу. Она улетела. Улетела просить, чтобы никогда обыватели простые люди, которые не разбираются в профессии, космонавт, никогда не лазили туда со своими стереотипами. Они не должны путешествовать там. В рюкзаке лежала сыворотка за мир. Особое питание в тюбике. Я долго пыталась объяснить дочери, что там на настоящей орбите, в научной эскадрилье летают не только на своих двоих с двойным реактивным двигателем сзади. А работают. Утром завтрак, вечером после двух обед. Что там почти такие же пирожные как на земле. И Голову надо мыть пузырьками воздуха. "Давай подстрижемся, - спросила я. "Нет, мам, я поеду, полечу с такими волосами, какие мне отмерил господь на земле." Интересное это слово проскачило у неё невзначай. И она сказала: "Я уважаю тебя как старшего помощника по космосу."  "Конечно, милая." Я погладила её по золотой голове, поцеловала макушку. "Полетели и ни в чем себе не отказывай! Как Гагарин прыгал в батискафе в Казахстан? Так вот там может быть всё что угодно." "Полетаем мам, я готова."

*  *  *
   Эпилог. "Ну как ты?" "Нормально. Мам, там совсем все не так. Там нельзя путешественников. Там мало драться даже, там надо разбираться." "Ну ты не жалеешь о Кире Булычёве? И всякое такое?" "Нет, я как раз в детстве всё это и поняла с ним и Селезнёвым!" "Что вспоминается, только хорошее." "Вот так дальше и идём! Вместе только в хорошее."