Тайны Аскульских оврагов

Глава 1: Заколдованная долина
В те далёкие времена, когда Жигулёвские горы были ещё выше, а леса — непроходимее, жила-была в Самарской Луке девочка по имени Алёнушка. Было ей семь годочков, и знала она язык каждой травинки, каждой птахи небесной. Жили они с дедушкой на самом краю глубокого оврага, в селе, которое люди прозвали Аскулы.
Старики сказывали, что название это не простое: «Ас» — значит древний, а «Кула» — башня или убежище. И впрямь, село будто в чаше каменной лежало, от ветров злых и глаз недобрых укрытое. Но была у Аскул одна тайна: поговаривали, что по ночам в окрестных оврагах бродят Шишиги — лесные озорники, что путают тропы и стерегут клады Степана Разина.
Однажды, в канун праздника Ивана Купалы, пропал у дедушки золотой перстень — семейная реликвия, что удачу в дом приносила. Алёнушка видела, как рыжий хвост мелькнул в малиннике и скрылся в сторону Чёртова оврага.
— Не горюй, дедушка! — сказала внучка. — Я найду пропажу, мне лесные жители помогут.
Взяла она с собой краюшку хлеба да кувшинчик с ключевой водой и отправилась в путь. Чем глубже спускалась она в овраг, тем гуще становился туман. Деревья здесь стояли чудные: стволы их изгибались, будто в танце застыли, а мох под ногами светился мягким изумрудным светом. Вдруг из-за старой коряги выскочил маленький человечек в кафтане из бересты и с бородой из лишайника.
— Куда путь держишь, светлая душа? — проскрипел он. — Разве не знаешь, что в Аскульских оврагах тропинки сами собой переплетаются?
— Знаю, дедушка Шишига, — ответила Алёнушка, не испугавшись. — Ищу я перстень дедов, без него в нашем доме радость угасает. Возьми вот хлебушка свежего, угостись.
Шишига от удивления даже уши развесил — редко кто его угощал, всё больше ругали да крестились. Откусил он хлеба, зажмурился от удовольствия и молвил:
— Добра ты, девочка. Помогу я тебе. Но помни: чтобы перстень вернуть, нужно три загадки Аскульских гор разгадать и через три тумана пройти...


Глава 2: Песнь вещей птицы
Поблагодарила Алёнушка Шишигу за совет, но решила: раз дело касается древней тайны, надо идти к той, кто выше всех летает. Старики в Аскулах говаривали, что на самой вершине Молодецкого кургана, когда луна встречается с зарёй, садится на ветку золотой сосны птица Гамаюн.
Путь был неблизкий. Пришлось Алёнушке пробираться сквозь густые заросли папоротника, где роса тяжёлыми каплями осыпалась на сарафан. Поднялась она на высокий утёс, откуда вся Самарская Лука как на ладони: Волга-матушка синей лентой вьётся, а горы Жигулёвские будто волны каменные застыли. Села девочка на камень, достала дудочку из ивового прутика и заиграла мелодию, которой её ещё прабабушка учила.
Вдруг воздух задрожал, запахло ладаном и полевыми цветами. На вершину сосны опустилась дивная птица: перья её отливали золотом и лазурью, а лицо было девичье, прекрасное и печальное. Это и была Гамаюн.
— Зачем звала меня, дитя Аскул? — голос птицы звучал как звон серебряного колокольчика. — Знаю, ищешь ты перстень дедов. Но ведай: не Шишиги его украли. Перстень тот — ключ от Аскульской кладовой, где заперты слёзы и радости всех, кто в этих горах жил. Его забрал Хозяин Жигулей, разгневавшись на людей за то, что забыли они старые песни и перестали беречь лес.
Алёнушка поклонилась низко:
— Мудрая Гамаюн, научи, как гнев Хозяина утихомирить? Дедушка мой лес любит, каждую веточку жалеет. Неужто из-за чужой вины нам в печали жить?
Птица взмахнула крыльями, и на колени девочке упало золотое перо.
— Слушай мой наказ, — молвила Гамаюн. — Ступай к Белому камню, что у истока Аскульского ручья. Там бьёт ключ живой воды. Омой этим пером камни у входа в пещеру и спой песню о любви к родной земле. Если сердце твоё чисто — Хозяин выйдет к тебе. Но берегись: он не любит лжи и страха.
Только промолвила это птица, как обратилась в золотое облако и растаяла в лучах заходящего солнца. Алёнушка сжала перо в руке. Впереди её ждало самое опасное испытание — встреча с самим владыкой гор.


Глава 3: Хозяин Жигулёвских гор
Спустилась Алёнушка к самому подножию оврага, где из-под замшелого валуна пробивался тонкий, как серебряная нить, Аскульский ручей. Вода в нём была студёная, прозрачная — каждый камешек на дне виден, будто драгоценный самоцвет. Достала девочка золотое перо Гамаюн, омочила его в живой воде и коснулась входа в тёмную пещеру, что скрывалась за пеленой водяных брызг.
Камни вмиг задрожали, мох на них зазеленел пуще прежнего, и из глубины горы послышался гул, похожий на раскаты грома в ясный день. Вышел к Алёнушке сам Хозяин Жигулей. Ростом он был с вековую сосну, борода его каскадом спадала до самой земли, сплетённая из корней и речных лилий, а глаза светились синим пламенем, как глубокие озёра.
— Кто посмел тревожить мой покой? — пророкотал великан, и эхо разнеслось по всем Аскульским оврагам. — Зачем пришла, малая? Золото моё ищешь или камни самоцветные, что в недрах моих сокрыты?
Алёнушка не отвела взгляда, поклонилась Хозяину в пояс и запела. Голос её, чистый и звонкий, зазвучал над ручьём. Пела она о том, как шумят ковыли на самарских просторах, как пахнет печёный хлеб в родных Аскулах, как дедушка её каждую весну сажает новые деревца и как горько ему без заветного перстня. В той песне была вся любовь к родной земле, вся правда русской души.
Замер Хозяин Жигулей, заслушался. Гнев в его глазах сменился тихой грустью.
— Давно я не слышал такой песни, — промолвил он тише. — Люди всё чаще приходят в мои леса с топором да с жадностью в сердце. Забыл я, что есть ещё те, кто помнит голос земли. Твой дед — человек праведный, зря я на него осерчал. Но перстень просто так не отдам. Должна ты доказать, что достойна хранить ключ от Аскульской кладовой.
Тут Хозяин топнул ногой, и перед Алёнушкой возникли три чаши.
— В одной чаше — слёзы земли, в другой — пот труженика, в третьей — радость матери. Угадай, в какой из них лежит твой перстень, и тогда забирай его навсегда. Ошибёшься — останешься в моих пещерах камни считать до скончания веков.


Глава 4: Сокровище Аскульских высот
Алёнушка подошла к первой чаше. Она была вырезана из простого белого камня, но внутри неё вода сияла, как расплавленное серебро. Девочка опустила руку в прохладную влагу и почувствовала не горечь, а великую силу и свежесть. На самом дне, среди речных жемчужин, лежал дедушкин золотой перстень.
— Ты выбрала верно, — голос Хозяина Жигулей теперь звучал ласково, как шелест листвы после тёплого дождя. — Слёзы земли — это не только печаль, это её душа, её живая вода. Кто ценит каплю росы больше слитка золота, тот и есть истинный хозяин этих мест. Забирай перстень, Алёнушка. Отныне он будет не просто украшением, а оберегом для всех Аскул.
Великан протянул свою огромную ладонь, и на ней заплясали маленькие огоньки — светлячки-путеводцы.
— Ступай домой, светлая душа. И помни: пока в Аскулах поют старые песни и берегут родники, горы будут хранить ваше село от любой беды. А Шишиги... что ж, они теперь твои верные слуги, будут тропы для добрых людей расчищать.
Алёнушка поклонилась Хозяину, надела перстень на пальчик и пустилась в обратный путь. Светлячки летели впереди, освещая дорогу сквозь туманные овраги. Когда она поднялась к окраине села, солнце уже начинало золотить маковки старых изб. Дедушка стоял у калитки, всматриваясь в даль.
— Нашла, дедушка! — закричала Алёнушка, протягивая руку.
Перстень на её пальце вспыхнул так ярко, что всё село озарилось чудесным светом. В тот же миг зацвели сады, даже те, что давно засохли, а в колодцах вода стала сладкой, как мёд. С тех пор в Аскулах зажили богато да весело. Старики говорят, что и по сей день, если прийти в Чёртов овраг с добрым сердцем и спеть песню, можно увидеть золотое перо Гамаюн или встретить маленького Шишигу в берестяном кафтане.
А Алёнушка выросла, стала мудрой хранительницей сказок, и передала этот сказ своим внукам, чтобы помнили они: сила земли — в любви к ней, а чудеса живут там, где в них верят.