Сад ревности

       Ревность наносит смертельный удар
       самой прочной и самой чистой любви.


Бывает, любовь вырастает, как сад,
Где яблони в белом цвету.
И ветви от тяжести вниз не хотят,
И птицы счастливые вьют.

Но если в садовника вселится бес —
Ревнивый, слепой палач,
Он вместо поливки из тёмных завес
Нашёптывает: «Это прячь!»

Ему всё мерещится: вор в темноте,
Чужая рука на плодах.
И он в этой вечной, глухой суете
Забывает о добрых делах.

Он вырвет ромашки у самых ворот —
«Слишком красивы, уйдут!»
Он срубит сирень, что у пчёл хоровод
Сзывала на утренний труд.

Он каждую ветку, что тянется к свету,
Готов проволокой связать,
Чтоб только, не дай Бог, соседу-поэту
Её не пришлось увидать.

И сад, что когда-то дышал и плодил,
Начнёт увядать и чахнуть.
В нём сок перестал наливать свои силы,
Корням не давая поднять.

Любовь не выносит затворов и стен,
Ей нужно дышать и расти.
А если ревнивец надел ей браслет,
То ей лишь погибель найти.

Так самый прекрасный, цветущий эдем
Глупец превращает в песок.
И в этом виновен, поверь, не совсем
Судьбы жестокий рок.

А тот, кто, боясь потерять навсегда,
Сжимает так сильно в руке,
Что хрустнули кости — и в ней пустота,
И пепел один на песке.