Подборка стихотворений к 23 февраля

 Решил собрать в одну подборку свои «военные» стихи. Здесь первые пробы пера 1983 -1989 годов и более свежие, за исключением тех, что вошли в сборник «Отмолить». Что-то слегка отредактировал. Старые стихи, оставил без редактуры, не судите строго.
Поздравляю всех с Днём Защитника Отечества! Добра вам и здоровья!


СОБРАВ ОСТАТОК ПОСЛЕДНИХ СИЛ

                Друзьям прошедшим Афганистан
               
Собрав остаток последних сил,
Я вцепляюсь в земную ось.
Эх, костлявая, перехитрил-
Не удалось тебе, не удалось!

Ты сегодня отведала кровь,
Ты не стой надо мной, не дрожи,
Лёшке прямо вошла под бровь,
Лёшка знает твои ножи.

Только Лёшке теперь всё равно,
Он чуть – чуть не дополз до оси,
Вот такое у нас кино,
Не уноси его, не уноси!

Ось земли, как клинок, остра,
Сталь застряла в моих костях,
Но горит ещё огонёк костра,
Сердце теплится в угольках.

Я прошу тебя лишь об одном
(Кровь стекает с моей руки),
Я тебя напою вином,
Дай нам вырасти в старики.

Дай нам ласковых верных жён,
Сохрани от измен и обид,
Тех, кого ты хранишь – сбережён,
А другие - как Лёшка - убит.

Я держусь за земную ось.
Я держусь, Боже, дай мне сил!
В этот раз снова мне удалось,
Жалко, Лёшка не перехитрил.

1986 г.

ЭСКАДРОН

Сидели, курили в курилке,
А в мыслях своих далеки,
Дымком сигаретных коптилок
Испачкали все потолки.

Гадал нам цыган по ладони,
Что рота уйдёт без потерь,
Но бога небесные кони
Стучали копытами в дверь.

И рота ушла по тревоге,
Стряхнув не начавшийся сон
И пылью на вечной дороге
Растаял в ночи эскадрон.

Взошедшее солнце старалось
У мёртвых разжать кулаки,
От роты немного осталось -
Прокуренные потолки.

1986 г.

МЫ ПРОСИЛИ…

Мы просили его: – Не умирай!
Мы молили его: – Не умирай!
Мы кричали ему: – Не умирай!
Но напрасно звали, он увидел рай!

Он не слышал нас, он оглох от слов,
Он ушел в запас в царство вечных снов.
Пуля-пулечка, всего девять грамм,
Завалила, дурочка, семьдесят килограмм!

И предстала пред Богом его душа,
А перед отчим порогом он лежит, не дыша.
Он не слышит плача, он оглох от слов,
Гроб казенный - сдача с векселей долгов!

А для нас с тобой – снова в этот ад,
Снова рваться в бой за металл наград
И платить по счету, по двойной цене –
Пить из глоток рвоту на чужой войне!

Нам еще три круга предстоит пройти,
И убить друг друга, и сказать: – Прости!

Мы ему кричали: – Не умирай!
Но напрасно звали, он увидел рай!

1989 г.

ГИМН 3 – й РОТЫ

                Ветеранам: Солдатам, прапорщикам и офицерам в/ч 73443,
                Ветеранам: офицерам и служащим в/ч 36829
                Виктору Простнову, ветерану стройбата и поэту.

Солдаты спят в двухъярусных кроватях,
Уснул дневальный, стоя на посту,
Спать стоя есть сноровка у стройбата
Она заметной кажется к утру.

По эмпирии всех законов Ома,
Подъём в шесть тридцать протрубит трубач,
И не досмотрят сны и что там дома,
Сто джентльменов всяческих удач.

И на плацу под королевским флагом,
Забыв, что есть в крови тестостерон,
Под гимн страны почувствуют отвагу,
Майор Петров и целый батальон.

В одном строю здесь ландскнехт из Чимкента,
И рекрут из далёкой Бухары,
Из Подмосковья целых два студента
И комбатант из северной Югры.

У королевских войск одна задача,
Чтоб помнил враг слова: «И аз воздам …»,
Что прилетит чего-нибудь на сдачу,
И в зубы даст и шлёпнет по губам!

И если нужно – день и ночь в работе,
И рота вся и батальон в труде
(И даже если очень неохота) –
Мы отдыхаем только на «губе».

1983

БРЕМЯ БЕЛЫХ

                «Бремя белых» – стихотворение Р. Киплинга.
                позаимствовал название.
                Посвящается бойцам 3-й военно-строительной роты
                в/ч 73443 МО СССР.


Бремя белых – курить табак
В книге джунглей для англосакса,
А у нас через год – черпак*.
Скрип сапог, гуталин и вакса.

Мы пришли в этот чудный край,
Лучшей в мире страны - скитальцы.
Там, за дальней горой, Китай,
Здесь в лопаты вмерзают пальцы.

Ротный мудр, как медведь Балу,
С зампотехом сидят в берлоге.
Долбят ломом в мороз скалу
Неприкаянные бандерлоги.

В минус тридцать в палатке зной.
Две «буржуйки» клокочут ночью,
А портянки сушим собой,
Так надёжнее, между прочим.

Греем телом фланель для ног,
С лицевой, а затем с изнанки,
Чтобы каждый из двух сапог
Утром встретил свою портянку.

А не встретят, и так пойдут,
Не на плац перед королевой,
На раз-два мерить свой маршрут,
Хочешь с правой, а хочешь – с левой…

Бремя белых писать стихи,
По Биг-Бену сверяя время,
Мы вплетаемся в гул стихий
И ракеты вставляем в стремя.

Бес в ребро, седина в виски,
И не важно, сегодня кто ты.
Что там вспомнилось? Пустяки!
Снег. Палатки. Спит третья рота.

*черпак – военнослужащий второго года службы.

2018

ПОЛКОВНИКУ НИКТО НЕ ПИШЕТ

Полковнику никто не пишет.
Он здесь живёт в своей глуши,
Где ветер волнами колышет
В затоне тихом камыши.
Он утром встанет спозаранку,
Иконе молча козырнёт,
Червей сложив в пустую банку,
В газету завтрак завернёт.

На завтрак хлеб и сыр с колбаской,
И свежий, с грядки, огурец,
Посмотрит он в окно с опаской,
Не подкрадётся ли дождец?
А в небе туча развернётся.
И, видно, шибанёт гроза,
И отчего-то навернётся
Из глаз непрошено слеза.
Во взоре что-то помутится,
Оставив шорох на душе,
Он ярко вспомнит, что случится
На том, последнем рубеже.
Где он в воронке от снаряда
Из автомата поливал,
А враг всё бил и бил из «Градов»,
И за спиной пылал Цхинвал.
И эта женщина прижалась
К его душе, к его спине,
Он делал то, что полагалось
Солдату делать на войне.
Сорвав с себя вспотевший "бронник"
Он женщину в него впихнул,
Дослал патрон в пустой патронник,
Но взрыв волной его нагнул.

Его списали «подчистую»,
Он здесь засел в своей глуши,
Где облака в реке кочуют
И ветром гнутся камыши.
Не пули - ветер в поле свищет,
Не нужно никого спасать.
Полковнику никто не пишет
И сам не любит он писать.   

2017; 21.02.2026   

ГЕНЕРАЛ

Мадам и месье, подождите.
Давайте изучим вопрос.
Постойте в толпе, покурите.
Люблю я дымок папирос.
Их запах навечно утерян,
А с ними дворовый жаргон.
Слегка приблатнён и рассеян
Курил их мальчишка пижон
В далёком потерянном детстве
И юности, канувшей в тлен.
Мальчишка мечтал о «кадетстве»,
Мечте этой сдался он в плен.

Он помнит о тропах Афгана,
Где снились ему тополя,
Как в школе читал Мопассана,
И даже Эмиля Золя.
Как с другом им грезились дали
И душу юнцам распалив,
Светил им Монмартр, Пляс Пигали,
Им просто хотелось любви.
Любви почему-то французской,
Ну что им поделать с собой?
Им страсти хотелось нерусской,
Красивой, продажной, любой.

И вместе оставили школу,
Военный закончили ВУЗ.
Один был направлен в Анголу,
Второму достался Кундуз.*
А там не Париж, не Монмартры,
И было им не до любви,
Там были масштабные карты
И годы в пыли, и крови.
На картах в масштабе всё мелко,
Не видно движенья полков,
Лишь красные, синие стрелки
Охватом в «котёл» городов.

Век минул, теперь он в отставке
И целую жизнь не умрёт –
В порядке больничные справки,
В порядке в саду огород.
Не нужно железные танки
Водить за пределы границ,
Забыты Париж, куртизанки
Среди помидорных теплиц.
На брюках поблекли лампасы,
Но солнцем горят ордена
На кителе иконостасом,
За каждым страна и жена.

* Кундуз – город и провинция на северо-востоке Афганистана.

2017 г., 04.06.2024