Уличные зарисовки

"Уличные зарисовки"
Туринская лошадь.


В Турине была осень, и промозглый, серый дождь шел , обретая пространство всей Вселенной. Так казалось не только прохожим, но и поникшему от усталости писателю Фридриху Ницше. Его проницательный взгляд остановился на воротах, на которых было мелом начертано: Jasminbl;te.
Выцветшее табло накренилось, и он слегка улыбнулся.
Ноги завязли в болоте, и он с трудом переводил дыхание. Поступь его была тяжёлая, и в кармане его лежал маленький шар. Он спорил с Вселенной.
Неожиданно его взгляду превстала необычная сцена. Во дворе стояла худощавая скотина - лошадь гнедого окраса, которой с виду было и годов много, и опыта. Она откидывала грязь задними ногами, и брызги разлетались по всей улице.
Парень , который не отходил от нее, бил ее бока бечёвкой и приговаривал: Dummes Biest!
Ницше оцепенел от того, как лошадь засмеялась в ответ. Она зубоскалила, еле сдерживая слезы от дикой боли.
И писатель крепко сжал свой магнитный шар в кармане, и подошёл к парню, и отвел  его руку в сторону: Nicht hier!
Затем он подошёл к морде лошади и тихо сказал ей: Du kannst schreien!
На этом закончился спор великого писателя со Вселенной, и больше от него не слышал не слова.


"Уличные зарисовки"
Возле Макдональдса.

Вокруг Макдональдса вечерами особенно шумно. Григорий был одет в заутюженный пиджак, и джинсы. Он сновал между столами, и раздавал прокламации в пользу известного писателя Сидоренко. На многих улицах зияли новые лавочки от Сидоренко , в парке крутили музыкальный фестиваль от Сидоренко, и даже дети знали его портрет и кланялись ему за новые качельки в парках.
Итак, у Григория день только начал быть. И ему улыбнулась милая блондинка за одним из столов. Она его приветствовала:
- Если Вам так нравится этот Сидоренко, то почему он должен нравиться , к примеру, мне?
- Ну, как же, он отличный парень, - отвечал Григорий, - разве вам никто не говорил, как он помог пенсионерам.
- Но я не пенсионер! - возмутилась дама, - и у Сидоренко нет одного голоса, моего, понимаешь , парень! Мне нужна не лавка, а лошадь.
Григорий опешил , но тут же собрался и выпалил: Если Вам нужна лошадь, то Сидоренко подарит вам Ипподром!
Девушка смекнула, что ее голос обретает серьезный вес. И сказала:
- Если Ваш Сидоренко проиграет мне бега, то воля народа будет на стороне его оппонента Тиборенко. И он, кстати, тоже не менее эпотажен , чем Ваш Сидоренко, и ему мои 15% будут очень важны. Как говорится, "ноль на ноль".
Тут Григорий не выдержал давления со стороны блондинки , и с характером произнес:
- Вы ищете возможности попасть на бега!
Я дам Вам этот шанс!

"Уличные зарисовки"
Город.

Город ожидает снега, белого покрывала праздника, что вот вот уже стоит на пороге.
Дети метушатся в подворотне, и играют в
с битой, на перегонки. Сердитая подруга Нина сварщика Василия выносит во двор большой, красный таз с чистым, накрахмаленном бельем, и медленно начинает его развешивать от ставенок раскинувшегося , полузаброшенного дома до скамейки, где любители шахмат оставили вельветовый , зелёный шарф, и он дрожит слегка на ветру.
Перед Ниной неожиданно вырастает выпивший, здоровый амбал с соседнего двора по имени Миша. Он хватает Нина за талию, и кричит :
- Я тебя съем, красотка!
Девушка вырывается , и убегает в дом.
Амбал Миша находит во дворе кусок прожженой резины, заламывает не, и ворчит:
- Все дураки! Все дураки!
К Мише неожиданно подходит его сосед Аркадий Михайлович, профессор истории, и тихо говорит:
- В городе и так, Миша, не спокойно! Не пойти ли тебе со мной, ко мне на чашку чая.
Миша соглашается, и они уходят.
В луже остаётся грязный кусок резины.
Занавес.