Жил без Кащенко и Склифа…
Мертвым жил, не став старей.
Стала лимфа, как олифа
На картинах галерей.
Тусклый свет квартирки-кельи,
В окнах лужи и ТЦ…
Жизнь остаточным похмельем
Распухала на лице.
Рядом толпы, хороводы.
Хрип гортанный, тихий сап.
Бетонируя природу.
Смех взрывая, как «Корсар».
Пах несвежим прелым мясом.
На рубашку брызгал «Шипр».
Хоть был ломом опоясан
Был со слабостью души.
Компанейски брал и вешал
Фонари на шеи дам.
Был бесслезно безутешен.
Мертвый был не по годам.
Кожа сходит, волос редок.
Пузо синее, как кит.
Смерти черная карета
Век трясет его куски.
С ним Сама играет в карты.
Он дурак… Сдавай на кон!
Что ж ты, сволочь, без азарта?!
Четвертуй и на балкон!
Там заря краснее стяга.
Там вороны жрут коней.
И газетная бумага
Пишет тексты на окне.
Компанейский Труп
© Copyright: Станислав Сенькин-Рубанский, 2026
Свидетельство о публикации №126022109453
Свидетельство о публикации №126022109453
Рецензии