В отражении глаз той маленькой девочки

Я смотрела на ту маленькую девочку
взрослыми глазами
и видела в ней отражение себя.
В каждом её взгляде
я глубоко узнавала себя.
Именно поэтому я так
глубоко вижу и чувствую.
Она — моя маленькая копия.
Та, на которую я улыбаюсь,
смотря на неё издалека.

Раньше её некому было защитить,
и поэтому она стала сильнее.
Когда её обижали,
она закрывала своё сердце,
иногда причиняя боль тем,
кто поступал с ней так же,
и тем, кто пытался склеить
её раны и трещины внутри.

Мягко и тихо
она всё равно освещала
самые тёмные уголки их души,
чтобы однажды согреть
их разбитое сердце —
в тысячах нежных касаний к душе,
которую никто не видел
и не замечал.

Боль в сердце,
спрятанная под масками
безразличия и отчуждения,
жаждала любви больше всего.
И из-за разбитого сердца
она прятала её так глубоко в себе.
Все, кто когда-то были сломлены,
не всегда могли собрать себя заново.

Моё сердце было
разбито так долго,
что мне казалось —
терять больше нечего.
И я была готова потерять
себя полностью.
Но в том мраке души
я не потерялась.

Я создала новый мир,
в котором живу каждый день —
из тысячи своих
разбитых осколков.
Я собрала их
и склеила в тысячи
красивых узоров
своей души и сердца.

Спрятанное от многих,
оно засияло тихим
внутренним светом.
В зеркале, в котором
я однажды проснулась,
я увидела своё отражение —
оно расцветало каждый день,
приоткрывая яркие узоры,
на которых когда-то
были следы боли.

Они заживали
в тысячах внутренних
прикосновений к сердцу.
Лёд холодной королевы таял.
Маски спадали с неё день за днём,
разбиваясь о её внутренние слёзы.
И однажды она
обняла внутри себя ту,
кого раньше некому
было обнять.
Ту, кого некому было защитить.

Маленькая девочка
смотрела на неё глазами,
полными любви —
даже когда в них застывали слёзы
от беззащитности
и отсутствия опоры внутри.
И она нашла эту опору
в той взрослой девушке,
на которую смотрела с восхищением.

Она хотела быть её отражением —
той самой сильной и уверенной
в своём завтрашнем дне.
Мечтала быть похожей на неё.
Смотря на неё,
восхищаясь ею,
она видела в ней своё отражение.
Тянулась к ней всей душой,
раскрывала свои объятия,
чтобы стать такой же —
в каждом её взгляде,
в каждом её внутреннем свете.

Она спрашивала:
«Получится ли у нас?»
И та знала ответ
задолго до того,
как услышала вопрос.
В отражении её глаз
глубоко сиял её внутренний мир,
который они разделяли внутри себя.

Живые картины разума
оживали в сердце.
Она перебирала куклы,
подаренные когда-то давно,
старые письма и воспоминания,
которые оживали в душе.
Каждая подаренная эмоция
становилась точкой возвращения
в её глубокий внутренний мир,
в историю, длиною в жизнь.

Она раскрывалась постепенно,
день за днём.
Во взгляде
она всё яснее узнавала себя.
Глядя на ту девушку,
которой стала,
она однажды поняла —
она смотрит
на отражение той,
кем всегда восхищалась
и мечтала стать.