Вечность

               



                пролог
 
    Ветер тучи свернул… Разогнал облака
     Осень тенью на землю упала
     День печально угас…  Потемнела река…
     И звезда в вышине засверкала

Парк вечерний притих… Не горят фонари
Только призрачно тени мерцают
В окнах скупо  блеснул свет угасшей  зари
Шаги тихо в дали  замирают.

                Часть ПЕРВАЯ

     И так, кажется финиш  Ну не совсем, но тем не менее…
     Скамья в парке…  Хлебные крошки в кармане…Стайка знакомых ворон и куча свободного времени.  Впрочем, обо всем по порядку.
Пенсионером я стал давно. Лет уже как  десять. Работал в энергетике и на пенсию
Вышел по горячей сетке в 55 лет. Дома не сиделось.   Нашел подработку. Мне повезло в этом плане.  Научно исследовательский институт. Помощник завлавба… Не обременительные  обязанности. Не плохой оклад. Приятный коллектив…  Так незаметно пролетело восемь лет.
Вроде все сложилось…   Но! Однажды, на выходе из метро,  перед глазами вспыхнули черные круги.  Отключились ноги и я припечатался затылком об  асфальт. Ночные смены и стрессовые ситуации догнали все таки меня.  Посидев минут пять на скамейке, быстро пришел в норму и понял: похоже, Алексей, ты свое отработал.  Точка!
     В итоге, уютный скверик, приятная компания любознательных и болтливых ворон, которые уже признали меня за своего, чему способствовало  то, что у меня в кармане всегда находилось для них угощение.
      Стояли последние числа октября. Осень в этом году выдалась затяжной, теплой и очень красивой. Впрочем, не красивых осеней в принципе не существует. Все они хороши! Каждая по своему. Я расположился на скамейке и ждал, когда заходящее солнце выглянет из - за угла дома.  Скверик был не большой и довольно уютный.   С  одной стороны сектор частных домов, заросших садами и зеленью, с другой – небольшая улица, по которой иногда проезжали машины. По диагонали  скверик пересекала пешеходная дорожка. С пяток разбросанных скамеек и тишина! Даже вороны вели себя здесь сдержанно и тихо. Впрочем, со мною они особо не церемонились. Вот и сейчас,  огромная птица плавно подлетела к моей скамейке и опустилась  в метре от меня.
     - Ну, что, - улыбнулся я, – Поболтаем?
  Птица с явным любопытством рассматривала меня. Вдруг она  слегка распушила крылья,
Чуть – чуть  присела и шаркнула правой лапкой. Это был классический реверанс. Я замер. Птица насмешливо, как показалось мне, смотрела на меня. С лева, со стороны улицы, раздался визг тормозов и звуковой сигнал. Я взглянул в ту сторону, но за кустами ничего не увидел. Когда я повернулся обратно, ворона исчезла, но на скамейке, рядом со мной, сидел пожилой человек, не большого роста, одетый в серый плащ и черную шапочку.
     Он внимательно взглянул на меня и сказал, чуть хрипловатым голосом. – Ты хотел со мною поговорить?  Я слушаю тебя. Поторопись. У нас не так много времени! Не удивляйся,  что я в таком облике.  Так для тебя будет привычней, чем говорящий ворон.
     Мне много чего пришлось повидать в жизни, но такое… 
     -А это правда, что вы живете триста лет,  - спросил я первое, что пришло на ум.
-Нет, не правда, Мы живем лет двадцать…  Тридцать… Как кому ляжет. Это ваше заблуждение, которое мы не торопимся развеять.
    Я потихоньку начал приходить в себя.
      -А почему, собственно, Вы для общения выбрали меня? – спросил я.
     -Приятно слышать, что ты обращаешься ко мне, Ворону, на вы. Это условность вашей жизни, но  тем не менее…   это говорит о твоем воспитании. Я отвечу на твой вопрос. Но ты должен понимать, что в этом мире  ничего не происходит случайно. Все имеет причинно – следственные связи.
    - Прошу прощения, - сказал я, - как мне к Вам обращаться?
Незнакомец  на мгновение задумался.  – Ты можешь придумать мне имя…  Любое! Мы в своей жизни обходимся без имен!
      И Ворон начал не торопливый рассказ         
    Помнишь, весной был сильный ураган. Ты приехал ,ближе к вечеру, и на стоянке  нашел в кустах маленького вороненка. Ты взял его в кабину, обогрел, подождал когда он обсохнет ,покормил чем –то…  Когда дождь утих, ты посадил его на ветку, повыше… Тем самым ты спас ему жизнь .Он рассказал нам о своем спасении. Нетрудно нам было установить,   кто хозяин машины. Оказалось, что хозяин машины и человек, который подкармливает нас на стадионе корками и пшеном, это одно и то же лицо.  Это ты… Так ты попал в поле нашего зрения. Я ясно выражаюсь  – уточнил Ворон.  – Вполне, кивнул я головой. Потом ты стал посещать наш парк… Ты одинокий… Днями просиживаешь на скамейке… Но, впрочем, об этом потом. В следующий раз…  А сейчас мне пора. Я ухожу… А ты оставайся… Тебя ждет еще одна встреча.  Ворон легко встал со скамейки и, слегка сутулясь, пошел по аллее. - Старик! –окликнул я его. Он остановился. Слегка обернулся. – Я буду звать тебя Старик! –Хорошо, отозвался Ворон. Я согласен. Он свернул с аллеи в кусты, и через минуту оттуда выпорхнула огромная птица, сделала надо мною полукруг и исчезла в кронах деревьев.


                Часть ВТОРАЯ

  Заходящее солнце выглянуло из – за угла дома, и в его лучах вырисовался женский силуэт.   Откуда Старик знал про эту встречу? -  мелькнула мысль.
    Стройная, высокая женщина в светлом плаще,  перетянутом в поясе ремешком, не спеша, задумчиво шла по аллее. Светлый берет… Огромные, светлые очки и спортивная сумка через плечо. Она поравнялась с моею скамейкой и остановилась. Внимательно взглянув  на меня она улыбнулась. –Это Вы! – воскликнула она . –Я Вас узнала…  Вас зовут…  Алексей!  Верно?  - Да, это так, привстал я со скамейки. –Мы знакомы? –Вы меня не знаете, - продолжала незнакомка, а вот я Вас знаю… Заочно… У Вас страничка, в инете…  Стихи… Я искала с Вами встречи. Впрочем, обо всем по порядку.  У незнакомки проскальзывал легкий, едва уловимый акцент. Иностранка, что ли… - мелькнула мысль. Нет, не похоже, слишком хорошо и правильно строит предложения.   
    - Инга, - протянула она руку. – Алексей !. Я пожал прохладную ладошку. Лет тридцать… Не больше, подумал я.  - Позвольте,  я присяду? – вопросительно взглянула на меня Инга.
- Да, конечно,  сделал жест рукой я.  – Не удивляйтесь, пожалуйста, Алексей. Наша встреча  не случайна. Я знала,что встречу Вас… Не знаю, откуда у меня появилась эта уверенность… Но это так.  –Простите, Инга, у Вас проскальзывает акцент. Вы иностранка?  - О, нет , - улыбнулась она. Папа у меня эстонец, мама – полька… У нас в семье было принято один день разговариваем на эстонском, один – на польском, один на французском, мама им владела в совершенстве,  ну и русский с белорусским ,естественно… Вот отсюда и проскальзывает акцент. Не все это замечают, а вот  Вы… Папа и мама учились в московском архитектурно строительном университете, по окончании были направлены  в наш  город на строительство метрополитена. Здесь познакомились.Поженились…  Здесь родилась и я.  Мне едва исполнилось пятнадцать лет, как не стало мамы…  Папа так и не женился. Мы жили вдвоем. По окончании школы я поступила в университет, на юрфак. Специализация – детская психология.  На третьем курсе я узнала точный диагноз мамы. Редкое заболевание нервной системы… Она потихоньку отмирает… Такое у нас не лечится… Я поняла, почему папа скрывал от меня диагноз. Это заболевание передается генетически, по женской линии… Оно дает о себе знать  в возрасте тридцати… тридцати пяти лет… Потом первая волна ковида… Не стало папы… Я осталась одна… Будущего, как Вы поняли ,Алексей, у меня нет. Я восприняла это спокойно. Я много читаю, путешествую.  Мне нравятся Ваши стихи… Я поняла, что мы проживаем в одном городе и искала с Вами встречи, Я немного музицирую, и некоторые Ваши Вещи положила на музыку. Я подарю Вам эту флешку. Только вот одного не пойму, меня все время не покидает ощущение, что мне кто то подсказывает, что и как делать…Меня словно ведут…  Вот и сейчас, я была уверена, что встречу Вас… Именно здесь,  и сейчас…  Так и получилось, - улыбнулась Инга. –А знаете, Алексей, позвольте пригласить Вас к себе… Я здесь, рядом, - указала она рукой.  Она легко встала, протянула мне руку  увлекая за собой. – У меня дома, кажется, ничего нет…  Пельмени Вы любите? - спросила она. Я молча кивнул головой.   - Кофе… Вкусный кофе, это я вам обещаю.
    Идти было не далеко.  Третий этаж пятиэтажки.
 -   Распологайтесь… Обувь можно не снимать…  Небольшая, уютная двухкомнатная квартира. –Проходите на кухню.  Я сейчас…  Через пару минут Инга появилась на кухне,  облаченная в теплый халатик. –Извините, Алексей, мужских атрибутов у меня нет, - виновато улыбнулась она, ничего на счет переодеться я Вам предложить не могу…  Не смотря на неопределенность ситуации, я чувствовал себя спокойно и комфортно. Этот уют и спокойствие ,кажется, шел от самой Инги. Чувствовался позитив и положительная энергетика.
   -Ну вот, пельмени… А сметаны нету… Можно масло, сливочное, - взглянула она на меня.  –Можно,  - улыбнулся я.  - Даже без хлеба… - Вот и славно, - улыбнулась Инга.
   - Знаете, Алексей, у меня были ребята… Делали мне предложения… Но Вы понимаете… Я боялась… Боялась и боюсь подставить человека… Как сказать... Как объяснить все это… Да и поймут ли…  У нее на глаза навернулись слезы.  Инга закусила нижнюю губку. Задумалась.  Что я мог сказать или предложить ей в этой ситуации.  Она смахнула салфеткой по глазам и улыбнулась.  – Знаешь, Алексей, я завтра уезжаю… Ты останешься у меня… До утра…  В шесть утра поезд на Таллин. Оттуда , из Таллина, в Швейцарию… Цюрих… Там есть профильная клиника… Обещали помочь…  Я и сама не совсем понимаю, как все это произошло… Просто, позвонили из посольства… Сказали, какие готовить документы и справки… Представляете, все бесплатно... Даже стоимость проезда оплатили... Наверное папины друзья помогли, да?  - Скорее всего, - согласился я. – Я так боялась, что уеду, так и не встретив тебя… Но вот как все получилось… Это  что, Божий промысел? – улыбнулась Инга. – В самый последний момент… 
   - Однако, мне рано вставать, вам я постелю вот здесь, сама лягу там, - махнула она рукой.
  Я молча сидел на постели… Из комнаты Инги выбивалась полоска света. После минутного раздумья, я молча шагнул в ее комнату. Она сидела на постели, закутавшись в одеяло. – Проходи, Алексей, я ждала тебя…
      Утром, когда я проснулся, Инги рядом не было…
     На столе лежала записка. – Спасибо, огромное, Алексей!  Завари себе кофе… Извини, что не стала тебя будить… Проводы… Это тяжело… Ключи от квартиры, оставь себе или выбрось… Подальше от дома… Мне кажется, что я сюда больше не вернусь… Никогда… Но ты меня жди…. Ведь мне это  только кажется…

                Часть   ТРЕТЬЯ


        В парке, на скамейке сидел Старик. – Она уехала... Я проводил ее, - сообщил он. Как все это у тебя получается, Старик, - спросил я. – Это что, гипноз? Ты внушаешь мне свои мысли? Ты внушил мне образ старика? Если ты можешь внушать мне свои мысли, так ты ,наверное, так же можешь читать и мои, - я вопросительно взглянул на Старика.
   -То, что ты называешь гипнозом, у нас звучит по другому. Это коллективный разум. Мы, в стае, должны слышать и понимать друг друга. Иначе нам не выжить… Это вам только кажется, воронья стая… Мы тысячи лет, живем рядом с вами… Рядом с вами, но не вместе…
   Да, мне необязательно, что бы ты что –то говорил… Достаточно тебе просто думать об этом… Я услышу тебя… Я уловил в твоих мыслях тень сомнения и опаски, по поводу моих способностей читать и внушать мысли… Это дано не всем… Такими способностями владеют только вожаки стаи… Но вам, людям, не надо этого опасаться… Мы живем рядом, и никогда не вмешиваемся в вашу жизнь….
   - Скажи, Старик, нашу встречу организовал ты?  Ты  вел меня и  Ингу? Ты же говорил, что не вмешиваетесь в нашу жизнь?
   - Это был небольшой презент тебе и Инге… За вашу доброту и участие…  Она тоже подкармливала наш народ. Забота… Доброта и внимание… Это дорого стоит в нашем, да и вашем, мире… Ваши судьбы должны были пересечься… Я немножко, Совсем чуть – чуть, подкорректировал процесс… Это не скажется никоим образом на объективной реальности…
    - Скажи, Старик, ты мог бы помочь Инге в ее беде?
    -Наверное  да…., - после долгого раздумья ответил Ворон.
    - Не осуждай меня… Это ее судьба… Ее карма…  Я не вправе что то изменять.
     Мы долго сидели молча. – Скоро зима, -  обронил я.  - Может переберешься  перезимовать ко мне… Вдвоем…
    Ворон молча покачал головой. – Ты предлагаешь мне бросить свою стаю… Ради теплого места и жирного куска…  Нет,  - усмехнулся Старик,  - у нас так не принято… Ты не обижайся, но мы не люди… Мы своих не бросаем…
       В словах старика звучала горькая правда.
      - Она вернется?, -  спросил  я.
      - Не знаю. Мне это закрыто. Мы будем ждать ее… Ей это нужно. У нас
 впереди триста лет… Это целая ВЕЧНОСТЬ!

               
               

                МИНСК     21 декабрь  2025    
    
                /фото автора/