Опять зима

Опять зима надела кандалЫ
На реки, на озёра и на души.
Застыл конвой у ледяной стены,
И ветер злой покой наш не нарушит.
Конвойный пёс зашёлся в хриплом лае,
Махорки дым плывёт над головой.
А я сижу, о доме лишь мечтая,
Где пахнет хлебом и живой травой.

А на запретке иней серебрится,
И вышка тонет в ледяной ночИ.
Мне этой ночью снова мама снится,
И огонёк пылающей свечИ.
Эх, зима, таёжная хозяйка,
Ты не жалей подбросить дров в костёр.
Жизнь пронеслась, как загнанная лайка,
В неволе каратАя свой дозор.

Письмо пришло, всё в каплях от чернил,
Жена заждАлась, дочка подрастает.
А я здесь годы в стуже харанИл,
И сердце потихоньку замерзает.
Здесь каждый день похож на горький сон,
Где пайка хлеба — высшая награда.
И колокольный слышится мне звон,
Хотя до храма — три верстЫ из ада.

Снег крУжит, заметАя все надежды,
И след сапог на мёрзлом пустыре.
Мы не наденем вольные одежды,
Пока метель гуляет во дворе.

А на запретке иней серебрится,
И вышка тонет в ледяной ночИ.
Мне этой ночью снова мама снится,
И огонёк пылающей свечИ.
Эх, зима, таёжная хозяйка,
Ты не жалей подбросить дров в костёр.
Жизнь пронеслась, как загнанная лайка,
В неволе коротая свой дозор.

Спи, тайга... Замёрзли наши слёзы...
Лишь конвой шагает по стене...
И трещат январские морозы
О моей потерянной весне...