Я смотрел смерти в глаза

Я смотрел смерти в глаза
На передовой позиции форпоста Далаит, в Южном Ливане, был прибор наблюдения, и мне сказали прыгнуть вперед, чтобы накрыть его пластиком для защиты. Я прыгнул, закрепил пластик... и прыгнул обратно. Через минуту или чуть больше в сторону форпоста прилетела ракета... Я подумал, что мусульманский террорист взял меня в прицел, чтобы сбить, но немного замешкался. И ракета прилетела.

Надо подумать о работе. Может, пойду в бюро по трудоустройству (Лишкат Таасука), буду работать за минималку, ведь это возможно, а софт буду писать еще быстрее по выходным или вечерам. Государство могло бы дать, но речь идет об Ишуале. Нужно работать и зарабатывать, потихоньку будет босс, буду работать, и в этом совсем нет стыда. Проект я осуществлю в одиночку, и он есть, и вдруг снова есть жизнь... Возможно, встречный иск против соседа — тоже хорошее решение. Еще один судья. Воспитание взрослых...

А потом Хизбалла, которая пускает ракеты по форпостам, угрожает жизни... Я спросил: почему правительство посылает людей рисковать жизнью?! Почему я должен тратить свое время в Ливане бесплатно? Возможно, работа — это выход. Пособие по инвалидности ЦАХАЛа — это, конечно, тоже вариант (пуанта), попробую так. Я был на Далаите, в Ливане, по мне стреляли ракетами. «Такая вот контузия» (гелем крав). Еще операции в Газе. Так что буду считаться инвалидом ЦАХАЛа. Не стыдно. Это нормальная честь. В конце концов, и пружина в глазу — реальная травма, и стрессовые переломы, и боевой шок...

Ракеты, Далаит, Южный Ливан. Форпост на «Красной линии». Мы, призыв ноябрь 98, «Орев Гивати», едем в колонне на нашу первую оперативную смену.