Николай Рубцов. Разбойник Ляля

НИКОЛАЙ РУБЦОВ

РАЗБОЙНИК ЛЯЛЯ
(Лесная сказка)

1
Мне о том рассказывали сосны
По лесам, в окрестностях Ветлуги,
Где гулял когда-то Ляля грозный,
Сея страх по всей лесной округе.

Был проворен Ляля долговязый.
Пыль столбом взметая над слободкой,
Сам, бывало, злой и одноглазый,
Гнал коня, поигрывая плеткой.

Первым другом был ему Бархотка,
Только волей неба не покойник, —
В смутной жизни ценная находка
Был для Ляли друг его, разбойник.

Сколько раз с добычею на лодке
Выплывали вместе из тумана!
Верным людям голосом Бархотки
Объявлялась воля атамана.

Ляля жил, — не пикнет даже муха! —
Как циклоп, в своих лесистых скалах.
По ночам разбойница Шалуха
Атамана хмурого ласкала...

2
Раз во время быстрого набега
На господ, которых ненавидел,
Под лазурным пологом ночлега
Он княжну прекрасную увидел.

Разметавши волосы и руки,
Как дитя, спала она в постели,
И разбоя сдержанные звуки
До ее души не долетели...

С той поры пошли о Ляле слухи,
Что умом свихнулся он немного.
Злится Ляля, жалуясь Шалухе:
— У меня на сердце одиноко.

Недоволен он своей Шалухой,
О княжне тоскует благородной,
И бокал, наполненный сивухой,
Держит он рукой своей холодной.

Вызывает он к себе Бархотку
И наказ дает ему устало:
— Снаряжай друзей своих и лодку
И немедля знатную молодку

Мне доставь во что бы то ни стало!
А за то тебе моя награда,
Как награда высшая для вора,
Все, как есть, мое богатство клада...
Что ты скажешь против договора?

Не сказал в ответ ему ни слова
Верный друг. Не выпил из бокала.
Но тотчас у берега глухого
Тень с веслом мелькнула и пропала..

3
Дни прошли... Под светлою луною
Век бы Ляля в местности безвестной
Целовался с юною княжною,
Со своей негаданной невестой!

А она, бледнее от печали
И от страха в сердце беспокойном,
Говорит возлюбленному Ляле:
— Не хочу я жить в лесу разбойном!

Страшно мне среди лесного мрака,
Каждый шорох душу мне тревожит,
Слышишь, Ляля?... — Чтобы не заплакать,
Улыбнуться хочет и не может.

Говорит ей Ляля торопливо,
Горячо целуя светлый локон:
— Боже мой! Не плачь так сиротливо!
Нам с тобой не будет одиноко.

Вот когда счастливый день настанет,
Мы уйдем из этого становья,
Чтобы честно жить, как христиане,
Наслаждаясь миром и любовью.

Дом построим с окнами на море,
Чтоб кругом посвистывали бризы,
И, склонясь в дремотном разговоре,
Осеняли море кипарисы.

Будет сад с тропинкою в лиманы,
С ключевою влагою канала,
Чтоб все время там цвели тюльпаны,
Чтоб все время музыка играла...

4

— Атаман! Своя у вас забота, —
Говорит Бархотка, встав к порогу, —
Но давно пришла пора расчета,
Где же клад? Указывай дорогу!

— Ты прости. Бархотка мой любезный,
Мне казна всего теперь дороже!
— Атаман! Твой довод бесполезный
Ничего решить уже не может!

— Ты горяч, Бархотка, и удачлив,
Что желаешь, все себе добудешь!
— Атаман! Удачлив я, горяч ли,
Долго ты меня морочить будешь?

Атаман, мрачнея понемногу,
Тихо сел к потухшему камину.
— Так и быть! Скажу тебе дорогу,
Но оставь... хотя бы половину.

— Атаман! Когда во мраке ночи
Крался я с княжной через долину,
Разве я за стан ее и очи
Рисковал тогда наполовину?

— А не жаль тебе четвертой доли?
Ляля встал взволнованно и грозно.
— Атаман! Тебя ли я неволил?
Не торгуйся! Поздно, Ляля, поздно.

Ляля залпом выпил из бокала
И в сердцах швырнул его к порогу.
— Там, где воют ветры и шакалы,
Там, в тайге, найдешь себе дорогу!

5

Поздний час. С ветвей, покрытых мглою,
Ветер злой срывает листьев горсти.
На коне, испуганном стрелою,
Мчится Ляля в сильном беспокойстве.

Мчится он полночными лесами,
Сам не знает, что с ним происходит,
Прискакал. Безумными глазами
Что-то ищет он... и не находит.

Атаман, ушам своим не веря,
Вдруг метнулся, прочь отбросил плетку
И, прищурясь, начал, как на зверя,
Наступать на хмурого Бархотку.

— Жаль! Но ада огненная чаша
По тебе, несчастная, рыдает!
— Атаман! Возлюбленная ваша
Вас в раю небесном ожидает!

Тут сверкнули ножики кривые,
Тут как раз и легкая заминка
Происходит в повести впервые:
Я всего не помню поединка.

Но слетелась вдруг воронья стая,
Чуя кровь в лесах благоуханных,
И сгустились тени, покрывая
На земле два тела бездыханных...

6
Бор шумит порывисто и глухо
Над землей угрюмой и греховной.
Кротко ходит по миру Шалуха,
Вдаль гонима волею верховной.

Как наступят зимние потемки,
Как застонут сосны-вековухи,
В бедных избах странной незнакомке
Жадно внемлют дети и старухи.

А она, увядшая в печали,
Боязливой сказкою прощальной
Повествует им о жизни Ляли,
О любви разбойника печальной.

Так, скорбя, и ходит богомолка,
К людям всем испытывая жалость,
Да уж чует сердце, что недолго
Ей брести с молитвами осталось.

Собрала котомку через силу,
Поклонилась низко добрым лицам
И пришла на Лялину могилу,
Чтоб навеки с ним соединиться...
7
Вот о чём рассказывают сосны
По лесам, в окрестностях Ветлуги,
Где гулял когда-то Ляля грозный,
Сея страх по всей лесной округе,

Где навек почил он за оградой,
Под крестом, сколоченным устало.
Но грустить особенно не надо,
На земле не то еще бывало .

Летом 1969 года Николай Рубцов побывал на реке Ветлуге
(г.Варнавино Нижегородской области).
В августе-сентябре в деревне Тимониха у писателя Василия Белова написал
поэму-сказку «Разбойник Ляля» - по варнавинской легенде.

===========
 Отрывок из книги  И. Пановой "В светлой горнице"
Источник: https://rubtsov-poetry.ru/knigi_2/panova4.htm#Лесная_сказка_

Ирина Георгиевна Панова - член Союза писателей России и Союза журналистов РФ

 Лесная сказка

  В 1969 году Рубцов пишет произведение «Разбойник Ляля», которому даёт подзаголовок «Лесная сказка». Оно интересно для нас прежде всего тем, что это крупная форма - поэма, не характерная для творчества поэта. Представляет собой обработку местной легенды и написано не по сказочным канонам: зачин «жили-были», концовка «и я там был» и т.д. - а в жанре поэмы или баллады с легендарным сюжетом (сам автор в тексте называет своё произведение также повестью).

В отличие от сказки, здесь, например, точно названо место действия: окрестности Ветлуги; и начало, и конец здесь своеобразные:

Мне о том рассказывали сосны
По лесам, в окрестностях Ветлуги... - начало

Но грустить особенно не надо.
На земле не то еще бывало. - завершение

В произведении четыре действующих лица: разбойник Ляля, его сподвижник Бархотка, любовница Ляли Шалуха и княжна, которую на беду полюбил атаман и из-за которой и разгорелся весь сыр-бор. Конфликт произошел не из-за ревности, как обычно бывает, а из-за предательства Ляли: обещал Бархотке клад за то, чтобы тот выкрал княжну и привёз её атаману, но потом отказался от своего слова: мол, сам лихой разбойник, добудешь себе всё, что захочешь, а ему, Ляле, клад нужен для того, чтобы начать новую жизнь с княжной.

Рубцов не дает развёрнутую характеристику персонажей, характеры только обозначены. Наиболее чётко предстаёт сам Ляля (имя поэтичное, но странное для разбойника). Он грозный, проворный, долговязый, злой, одноглазый, циклоп, хмурый, он скачет по слободке, взметая пыль, его боятся жители («не пикнет даже муха\»), он ненавидит господ. Полюбив княжну, мечтает бросить разбойную жизнь, построить дом с окнами на море и цветущим садом... Бархотка же - «только волей неба не покойник», он правая рука атамана, горячий и удачливый. ... О женщинах сказано и того меньше: о княжне - то, что она прекрасна и благородна, о Шалухе - что любила Лялю и осталась ему верна до конца - пришла умирать на его могилу.

Но есть в этом произведении еще один персонаж - лес, густой, хвойный. Его описание идёт фоном на протяжении всего повествования, создаёт настроение, усиливает впечатление от представленной драмы. Недаром сказка названа лесной - лес в ней действует почти как одушевлённое лицо. Он мрачный, тёмный, враждебный обычному человеку, в нем сподручно скрываться лишь татям, поэтому он и именуется в поэме разбойным. То и дело мы встречаем выражения: лесистые скалы; лесной мрак; лесной гул; ветви, покрытые мглою; тайга, где воют ветры и шакалы; бор шумит порывисто и глухо; стонут сосны-вековухи; слетается воронья стая... Вот такая весёлая картина природы получается.

Автор и сам в лирических отступлениях пытается как бы смягчить впечатление, немного развеять мрак - это уже приведенная нами концовка поэмы и остроумное описание схватки Ляли с Бархоткой, в результате которой погибли оба:

Тут сверкнули ножики кривые,
Тут как раз и лёгкая заминка
Происходит в повести впервые:
Я всего не помню поединка.

Главное отличие этого произведения от сказки - православный элемент. Ляля, например, мечтает «завязать» с разбоем и говорит княжне:

Вот когда счастливый час настанет,
Мы уйдём из этого становья,
Чтобы честно жить, как христиане,
Наслаждаясь миром и любовью.

А почил Ляля «за оградой, / Под крестом, сколоченным устало». После смерти возлюбленного Шалуха бродит богомолкой с молитвами по деревням, «к людям всем испытывая жалость».

Конечно, в фольклорной традиции таких сказочных подробностей не встретишь, там скорее видим элементы язычества.

Очень хороши в «лесной сказке» многие описания. Например:

Но тотчас у берега глухого
Тень с веслом мелькнула и пропала...
Поздний час. С ветвей, покрытых мглою,
Ветер злой срывает листьев горсти...

Если бы не безвременная смерть Рубцова, «Разбойник Ляля» стал бы, вероятно, переходом поэта к крупным поэтическим формам.
---
Ирина Георгиевна ПАНОВА ( 1935 - 19.09. 2020) -
член Союза писателей России и Союза журналистов РФ, автор книг поэзии, прозы и переводов с четырёх иностранных языков - всего книг более 40 наименований. В том числе книги об А.С.Пушкине (четырёхтомник), Н.Рубцове, А.Ахматовой и др. Имела литературные премии и награды, в том числе медаль Кирилла и Мефодия. Являлась организатором и постоянным руководителем Литературного объединения "Складень" (при Международном Фонде славянской письменности и культуры) , а также составителем и главным редактором альманаха "Славянские встречи".
-----
Фото:
К 85-летию Н.М. Рубцова

Книга "РУБЦОВ НА ВЕТЛУГЕ"
Авторы составители:
КУВШИНОВ, Сергей Анатольевич,
ПЕРШИН, Станислав Алексеевич.

Сборник (статей, воспоминаний, исследований и т.д.), который «впервые раскрывает все аспекты ветлужской поездки поэта Николая Михайловича Рубцова летом 1969 года на Варнавинское Поветлужье…