Увязла роща в хмеле да плюще...

Увязла роща в хмеле да плюще,
В густой туман лощиной суходолой
Идёт сутулясь в траурном плаще
К своей пещере поступью тяжелой

А мысли мошкарой под капирот,
Ведь думы тяжелы и сокровенны.
И шепчется всезнающий народ....
Безжалостный палач идёт со смены...

И пусть идёт он мрачен и угрюм,
Не трогают ни, сплетни, ни наветы.
Под тёмной тканью, в сонме мрачных дум
Раждаются великие сюжеты...

В руке гаррота с прочною тесьмой
И взгляд холодный, пристальный суровый.
С кровавой смены заходя домой,
Ворота закрывает на засовы,

Снимает чёрный плащ и капюшон,
Попутно отпуская в небо души,
Их кровь и страх, последний крик и стон
Он смоет всё... как грех под тёплым душем...

Потом шагнёт безмолвно в темноту,
Как буд-то перейдя кардоны сказки,
Спешит в свой мир к мольберту и холсту
И в мире том совсем другие краски...

Там образы волшебно оживут,
Взлетят с листвы и бабочки и птицы,
Тут снежный барс, глубоководный спрут,
Простые человеческие лица...

Вот горы, водапады и цветы,
Снега и лес, рассветы над рекою
И мир чудесный - полный красоты
Рождается под твёрдою рукою...
 
Любовь он оживит и смех, и плач,
Вояет ночь и создаёт рассветы.
И тихо улыбается палач:
Ведь радуют герои и сюжеты!

Пройдёт вот так очередная ночь
А утром плащ... и взяв свою гарроту,
От ярких красок и мальберта прочь
Он  снова зашагает .... к эшафоту...