Колосс
Чему внемлют твои равнодушные биению мирского уши? Доносится ли до них тихая речь бедуинов, рассказывающих предания древних дней у бивачного костра? Вливается ли в них огнёво-сладостная песнь джиннов, что поют они забредшим в их присыпанные временем дворцы скитальцам – или то утробное бормотание гулей, при свете усыпающей луны рыщущих по руинам, забытым даже скорпионами? Или же ты внимаешь гулким литаниям жрецов, что славят род твой; литаниям истлевших эонов, что до сих пор звучат в шёлковой тиши бессловесной вязкой ночи, исторгаемые глотками древних камней и странствующих барханов?
Какое слово застыло на твоих немых эбонитовых губах? Что за тайну, в попытках разгадать которую Сфинкс пожрёт сам себя, ты тысячелетиями не решаешься открыть миру? Не о неведомых ли руках, что сотворили твой образ, хочешь ты рассказать? Не о раболепных ли стопах, чьи следы навеки засыпаны песком? Хочешь ли ты поведать о том, кого воплотили в твоём источенном ветрами теле, кто сокрыт за твоей застывшей безликой маской, – и какова истинная суть, что скрывается под последней из масок того, кто никогда не был рождён?
О чём думаешь ты, пред кем раскинулась Вечность? Вспоминаешь ли ты с тоской курильницы и жертвенники, стекавшую по камням кровь и сияние древних звёзд над алтарями; красоту, стоившую целого мира, и любовь, из-за которой развязывали войны? Думаешь ли ты с состраданием о мире, что свернулся готовой к броску коброй где-то вдали; мире, забывшем о красоте и любви, отринувшем всех богов ради единого, отринув после и его самого? Или же ты смиренно размышляешь о грядущем, о тех временах, когда не останется ни людей, ни богов, когда обращённые в пыль города присыплет песок – и ветер принесёт его к твоим чёрным ногам последним подношением безвремения?
2018
Свидетельство о публикации №126022007840