Чувство стиля

Бывает, непреодолимо срочно,
Себя преобразить в охотку.
Гоните нахрен эту мысль!
Я - не прогнал: "Пущу бородку!"

С бородкой буду я брутальней!
Сам посуди: как без неё?
Но не пошло. Мне все твердили:
"Сбрей эту мерзость - не твоё."

А я проникся! Так прикольно,
Поглаживать, потеребить.
А мой друг Вова, вслух, крамольно,
"Козлиной мордой" стал дразнить.

Она и впрямь смотрелась плохо:
Не как у всех - не очень шла.
Им бы всем только ахать-охать,
И гнуть обидные слова.

И вот втроем гуляем мы банально,
Теплая ночь и тихая погодка:
Я, мой лихой товарищ Вова, сильно пьяный,
Ну и отросшая козлиная бородка.

Вове тогда звонок раздался,
Такой игривый завязался диалог:
"Там двум подружкам некуда податься,
Давай-ка пустим погостить их на порог."

Мы их сейчас с вокзала встретим, там - пройдемся
Проводим, ночкой прогуляемся,
Ну а потом пригреем вместе дома
А после, так сказать, поразвлекаемся.

Я ошалел с беспечности подружек:
В развалку шли две пьяных симпотяжки:
Их состояние явно Вовы было хуже,
Смеясь взахлёб, тянули что-то с фляжки.

Они в пижамах в полный рост одеты:
И судя по рельефу на груди,
Под той одеждой не было одежды...
Да точно нет - к гадалке не ходи.

С трудом мы довели их к Вове в гости,
Те не пытались не ударить в грязь лицом,
А грязь вся началась прям на пороге,
Да так, что сам себе казался подлецом.

К ним Вова крайне прытко подключился,
Руками под пижаму смело лез,
А я подметил, что не вызываю
У девушек спортивный интерес.

Одна пришла в себя, похоже,
И посмотрела на меня прям с пола вверх,
"Какой же у тебя отстой на роже!"
И замолчала - ей в рот Вова влез.

Те доползли втроем до спальни,
Не закрывая дверь, там начали все то,
Что я не буду здесь описывать словами
А я стоял и злился как никто.

Со злости я ушел , пожав плечами,
Чтоб не мешать их стонам и страстям.
И дома первым делом до бородки -
И сбрил её под ноль ко всем чертям.

В следующий раз с таким оповещением
Готов я буду точно, гладко брит,
Им не отделаться теперь от искушения,
И в ложе будет путь всегда открыт!