Не больно

Ты уходишь в закат. Лесо-полка
остаётся за спиной.
Ночью надо быть псом или волком,
чтобы острый, сухой
фильтровать терпкий запах,
в след ступать на пружинистых лапах,
если рейд не простой.
Чуять дым сигарет на опушках,
с Юга ветер остёр.
и держать, если что, тень густую на мушке,
там, где в яме костёр…
    Но крепче дух тимьяна, пот пряно пахнет тмином.
На пасху к со причастию дают такие вина.
    Но нынче, это - блажь. Вокруг вздыхает степь.
Много знает, много видела встарь.
Как ходил князь Олег брать с дружиною крепь
на высотах хазарских бояр.
    Голосили волхвы, - Не ходи далеко,
примешь, княже, ты смерть от коня своего…
    Но мы – не князи, чтоб нам тут испол’ать.
Привыкли к грязи и сутками не спать.
Искать хазар, рассудком мелких, порченных
быстрее тут по тропам, низинам заболоченным.
А степь тряхнуло вдруг от гула, рождая в травах эхо.
Вошла быстрее звука пуля в плечо зевнувшему морпеху.
Хазарский снайпер выдал номер в гастроли сольной.
сидит кукушкой далеко’.
Дышать в груди мне стало больно
и падать нелегко.
    Я слышал шёпот: - Держись браток…
Но смерть уже лизала чернявый мой висок.
    - Вставай, очнись. Ведь нам ещё шагать
на Запад.
- Я не могу дышать,
мне больно кровью капать.
Кто рядом? Волхв, прилётов не боясь?
Шлем островерхий… Ужели это князь?
- Азм есть та степь, которой испокон
хазары уводили славянских баб в полон.
А, ты лежи, сама тебе ковчег,
ковыль для иноходцев, когда кончают бег
свой шалый, резвый, вольный
здесь под курганом, где вещий спит Олег
под камушком выс’око, высок’о…
А, смерть, лишь сон, когда не больно
и не дышать легко.