Плач всуе...

В знании жизни… — горечь и благодать,
между строчками — недосказанность и печаль.
Кто сумеет прошлое разгадать?!
Кто нашёл в настоящем причал?!
Мы беспечно бросаем слова, как камни с обрыва,
наблюдаем, как тонут они в тишине.
Наша юность кажется пронзительно-сивой,
как туман на реке в предрассветном огне.
Не успели заметить, как время сжимает объятья,
как сужается круг позволенных встреч.
Мы искали признанья, но не нашли благодати,
и устали от бремени собственных плеч.
В зазеркалье души — отпечатки былого,
недосказанность жестов и тяжесть вины.
Мы так долго искали особое слово,
что забыли о том, как бываем нежны.
Не хочу говорить, что мы жертвы системы,
что условности мира сломили наш дух.
Мы писали сюжет этой странной поэмы,
забывая о том, что нас видят вокруг.
И теперь, когда тени длиннее деревьев,
когда память острее любого ножа,
мы стоим на пороге последних мгновений,
понимая, что выжить — не значит дышать.
Не виню никого в том, что круг замыкается,
что маршруты знакомы до боли в висках.
Всё, что было — уходит, всё, что было— кончается.
Остается лишь эхо в пустых голосах.