Перед смертью человек ощущает свой конец

Перед смертью человек ощущает свой конец,
и я знаю: моя история гаснет.
Как в прихожей забытый впотьмах леденец,
или шрам, что становится в полночь неясен.
Это время — не птица, а старый кирпич,
выпадающий из кладки знакомого дома.
Бесполезно кричать. Мой последний клич
лишь сухой переплет под слоями лома.

География сузилась до черты,
где кончается стол и вступает молчанье.
Я стираю из текста свои черты,
подчиняясь закону и расстоянью.
Перспектива теперь — не дорога в лес,
а игольное ушко, в которое тесно
проходить без багажа, надежд и чудес,
в пустоту, где душе не отыщется места.

Не трагедия — просто финал строки.
Точка жирная, словно зрачок ослепший.
И касанье чьей-то незримой руки,
как щелчок темноты, над душой претерпевшей.
Мир останется тем же: кофейник, окно,
шум машин за стеной, дребезжание шторы.
Только в этой истории мне суждено
стать пробелом, в который ушли разговоры.