Разные не Я

Мы знаем сотню правд на разные мгновенья,
Мы ширим горизонт, сжимаясь, пробуя сомненья.
Мы слышим в разговорах разные не «я»,
Не знаем — и готовы познавать себя,

Не жалить аргументами: ведь правда не перчатка.
Факт без корней науки — слух, меч у ребёнка — палка.
Ведущий к свету слеп — идёт на жар от бездны.
Король был гол, даже надев одежды.

Невечность — нам страшней, чем вечность.
Бессмертным стал познавший бренность.
Убивший страх прогонит человечность,
Убивший ложь испачкал честность.

Весы лишь вымысел,
баланс как фарс:
Сначала мы,
потом за нас.


Не знаем сотню правд на разные мгновенья,
Не ширим горизонт, сжимаясь, пробуя сомненья.
Мы слышим в разговорах только про себя,
Не знаем — не готовы познавать любя,

И жалим аргументами: ведь правда как перчатка.
Факт без корней науки — факт, поймёт то даже палка.
Ведущий к свету слеп — идёт по краю бездны.
Король был гол, вокруг одни невежды.

И вечность не страшит, и не страшит невечность.
А бренным стал познавший бренность.
Убивший страх, а знал ли человечность?
Убивший ложь порежется о честность.

Весы держи свои,
а не чужой баланс:
Сначала мы,
потом не нас.


Нет правды в мире, где вся жизнь — одно мгновенье,
За горизонтом тьма, а до неё сомненье.
Не слышим разговоры, если не о нас,
Мы в будущем и прошлом — только не в сейчас,

Все аргументы — камни: легко бросать в лицо.
Факт без корней науки мёртв, всё без корней мертво.
Ведущий к свету слеп — звенит в карманах медь.
Король остался гол, ведь нечего надеть.

Невечность не принять и просто слово «вечность».
Бессмертным поделом, нам по делам за бренность.
Убивший страх замер без движенья,
Убивший ложь молчит от сожаленья.

Баланс лишь вымысел,
весы как фарс:
Сначала мы,
потом и нас.


Весы лишь вымысел,
баланс как фарс:
Сначала мы,
потом про нас.