эремиция

             «Господи, тюрьма...
              Да мне везде тюрьма!»
                Сталкер. 1979


я умерла.
я потухла.
исчезла.

люди
хотели зла.

не хотели
быть
честными.

гордость
меня подвела.
разбила мне
череп и челюсть,
нефритовым жезлом.

не отогрела искра:
сердце и чрево,
не оставила в теле
надежду
и свежесть.

судьба вдруг пришла:
навела свой порядок
и изгнала из линий
(на потных ладонях)
всю вечность…

причитая:
«не зли меня,
я и сама там
за совесть
подвешена…»

как с этим жить?
(так я и не поняла…)
ожидала -
лишь нежность.
получила -
зачем-то небрежность.

я любила слова:
с ними играть,
будто печь из них
блюда беспечно.

но два орла
вырвали
из меня
печень
проглотили
с печеньем
и укрыли
мой труп
у холма
будто бы я
споткнулась.
такое стечение
обстоятельств…
и меня подвела
глупость,
наивность,
какая-то
бесконечная…

такова
в кулуарах
ходила молва
и я ей
позволила течь.

да, я была жива,
когда их два
лживых крыла
в охапку
со мной летели.

да, мне бы
хватило прыжка,
чтобы спастись
и восстановиться
за два недели,
лёжа
в больничной постеле…

но даже
просто от мыслей
об этом -
у меня
треснула голова.
я не видела
в этом смысла.
я ведь
до этого и не жила…

а тут
нужно было
движение
и пресловутое
«желание жить».

началось бы
в области сердца
жжение…
зачем?
для чего?
проще
принять
поражение,
отпустить и забыть.

всё вокруг
для меня -
как тюрьма .
и любезные
«как дела?»
довели меня
до угла
и желания
этой потери,
поверь мне.

ожидание…
день ото дня,
когда же меня
пустят туда -
к птицам
пушистым,
в сад райский
в красивое
воскресение…

знаешь, это была
хорошая жизнь.
даже если игра..
даже если она
мне приснилась.

даже если едва
мне ясна её суть,
пускай ничего
таки я не добилась.

ерунда.
всё забудь.

помни меня:
симпатичную,
а не угрюмую.

я однажды вернусь.
но сперва -
обо всём подумаю.