Он пошёл по улицам, где храмов купола

Бог шёл по Красноярску, удивляясь:
Как много здесь воздвигнуто домов,
Где люди, в тишину Его влюбляясь,
Хотят найти приют среди штормов.
Он видел златоглавый Свято-Троицкий,
Что на горе над рынком вдаль глядит,
Где дух молитвы, древний и спокойный,
Уже столетья город наш хранит.

Зашёл Он в Благовещенский, нарядный,
Где женских рук тепло и чистота,
Там воздух — ладанный и благодатный,
И в каждой линии — святая простота.
Полюбовался Никольским храмом-памятником,
Что на Поклонной высится горе —
О тех, кто пал, он шепчет тихим маятником
В холодном и колючем декабре.

На Стрелке видел Он — растёт величественно
Возрождённый Богородице-Рождественский собор.
Там каждый камень сложен так ответственно,
Чтоб вечность вела с небом разговор.
А в тихом Пантелеимоновом, что у рощи,
Он видел тех, кто просит об одном:
Чтоб стало в жизни хоть немного проще,
Чтоб исцеленье заглянуло в дом.

Бог улыбался: «Сколько ж здесь пристанищ!
Кирпич и камень, дерево и медь...
Но ты, Мой сын, когда в беде потянешься,
Сумей в себе Меня ты разглядеть.
Я — в белом камне и в сосновом срубе,
В соборе главном и в лесной глуши.
Я там, где слово не застыло в кубе,
А льётся светом из твоей души».

И Он пошёл, крестами осенённый,
По улицам, где храмов купола.
Весь Красноярск — красивый, окрылённый —
Он обнимал под сенью Своего крыла.