Сирин

           1

О, птица Сирин, сможешь ты помочь!
Пусть райская ты или ада дочь!
И крылья белые иль черные твои!
Под знаком ангела сокрыта иль змеи!

Уводишь души пением своим...
Но забираешь ли ты то, что мы храним
Внутри своих сокрытых в пыльной мгле
Мечтаний об иной совсем судьбе,
Где мы могли бы светом чистым стать
И с ангелом над бездною летать,
Где Бог не отвратит Лицо от нас,
Когда пред Ним предстанем в Страшный час?!

Но Тень дарует наслаждение и гнёт,
И растекается багряный горький мёд,
Вливая в душу томный сладкий яд,
Творя сакральный боли опиат,
Который всех отверженных влечет,
Кто чашу горькую потерь и муки пьет,
Кто душу заключил в затменье снов,
Не видеть взглядов чтоб, не слышать слов,
Что обрекают на распятие толпой…
О, птица дивная, теперь ты нам пропой!

Но почему нас матерь принесла
На плаху истязаний, в рабство зла?
Нас не смогли от пыток уберечь! -
Кто будет в житнице? Кто будет брошен в печь?

Покинуть жаждем злую цитадель,
Унесть свой дух в объятия земель
Запретных, страшных, тайных, - в землю Нод,
Изыдет дух в созвучьи тайных нот...

           2

Тропа изгнанника – великая мольба,
Но скорбно смотрит и молчит моя судьба.
И бездна мрачно расступилась предо мной,
Как море Черное. Для бездны я – герой.

Пройду сквозь зазеркалье мертвых душ,
Пройду сквозь бессловесье Света в глушь
Великой Тьмы, скрывающей предел
Знамений Вечности, в свой избранный удел,
Что  приведет меня туда, где павший ниц,
Я стану слушать пенье скорбных птиц.
И, может, среди них найду одну,
Которую узнаю и пойму…

И новый растревоженный рассвет
Испепелит надежды сухоцвет,
Тень обнажит, укрытую во мрак,
Узрею я желанный тайный знак
Средь мертвых тел погибших мечт и вер -
Незримый ключ, что спрятал Люцифер!

Мне долго в этом тлене смертном жить,
Ведь Мойра перерезала уж нить?
Воззвал меня кто из Небытия?
Воззвал он, проклиная иль любя?
Ищу я Смерти иль его любви?
Ответь мне, Сирин, дверь мне отвори!

Я ключ принес в своих больных руках,
Антоновым огнем сожженных в прах.
Возьми его! Открой мне эту дверь!
Пришел я сквозь несметности потерь!
И сквозь предательство запретных своих грез,
Сквозь мрак отчаянья и сквозь ожоги слез,
Что сердце изъязвили вязью карт, -
И я по ним пошел – Проклятья брат.

И я сюда пришел, отвергнув всех богов,
На пепелище чувств – любовь среди снегов.
Безбрежье моих слез, стенанья тяжкий вой!
Сюда я все принес, скорее, Сирин, пой!