Всем, кто в тылу. Письмо с фронта

Я на этой войне с первых выстрелов,
с первых запалов.
До нее тер подошвы сирийских равнин
докрасна
Я из стали, БК, из «коробок» и «Ксюх»,
«Волкодавов»,
ЛБС, «лепестков», камикадзе, кассеток,
«мангалов».
Где во мне человек? Нет его.
Есть по венам и жилам - война.

Где-то там, пятый год без меня сын растет
И взрослеет,
И уверен, что папа – не я, а портрет на столе
под стеклом.
Кто-то скажет:
- Да брось, все в окопы идут ради денег.
И давно уж просчитан, продуман
завышенный ценник…
…Есть, наверно, такие. Но я с ними не был
знаком.

Здесь другая валюта. Другие счета
и оплата.
Здесь за скорость и качество – жизнь
обещают взамен,
И в раздачу всего лишь по пуле, по гильзе
на брата.
Но стоят среди снежных февральских
позиций ребята
Под прицелом у «Мардеров»
двадцать четыре на семь.

- Платят, - скажешь? - Из спроса рождается
бизнес?
Только мне твой подсчет, как ни бейся, никак
не понять.
Я из боя вчера двух гражданских трехсотыми
вынес.
Был в сознанье один, собирал свою душу
«на вынос».
Но дошел со мной в тыл. И кому нам теперь
предъявлять?

Я забыл, как уснуть в тишине, что такое
суббота.
Как идти по асфальту, не слушая
«птичий романс».
Здесь туман и дожди – не погода для всех,
а работа,
И возможность на брюхе сомкнуться
у самого брода,
Чтоб за хутор в боях получить
стратегический шанс.

Нас война приучила не строить
несбыточных планов.
Не роптать без воды, без лекарств
и горячей еды.
Я не жалуюсь. Нет. Но от самых Сумов
до Лиманов
Все пропитано чадом фашистских
расстрельных майданов,
И искрит даже воздух от свастик
и лютой вражды.

Да. Победа придет. Но война, ведь, сама
не иссякнет.
Я не звал ее к нам. И не думал ни с кем
воевать.
Она точит. Вгрызается. Жизнь отжимает
по капле.
Но пока за спиной у нас вера в тылах
не ослабнет,
Мы к Победе любыми - живыми и мертвыми
будем шагать.

                19 февраля, 2026