Обитатель трущёб

      Сказка
Прошли давно те времена,
Когда искуство было жизнью
И позабыл мир имена,
Что стали лишь в музее пылью,
История наша полна,
Лишь приукрасами и былью.
И как то жил на свете том художник,
Он был творцом, которых мир не видел
Хоть одержимости своей он был заложник,
Он свою боль утраты ненавидел,
Оставил в склепе он жену,
Которую он сам обидел.
Все было у него прекрасно,
Когда то в жизнь он был влюблен,
Но по неволе все было напрасно,
На одиночество он был определён,
Жена погибла в страшных муках,
Сгорела в пламени времен.
С тех пор осталась только дочка,
Она похожа прям на мать,
Красивая на ней сорочка
И бирюзовые глаза,
Столь многое в ней стал замечать,
Ее красивые цвета.

Он рисовал ее портрет,
Старался образ уловить,
Ее тончащий, дивный вид,
Ни как не мог он полюбить,
Он говорил ей о живом,
А не скрываться за холстом.
Так вот, уж месяцы проходят,
А он рисует все ее,
В одной картине свет отходит,
В другой как будто лишь вранье,
Но он старался подчинится,
Нарисовать уже ее.
Они конечно жили бедно,
Художник был немного странный
И жизнь была совсем бесцветна,
Он сам ходил во фраке рваном,
Он лишь мечтал создать шедевр,
На память в честь блестящей дамы.
Он месяцами рисовал,
Пытался с дочки образ взять,
Он одержимость лишь питал
Чтобы скорее боль унять.
Он так болел , он так устал,
Что сам устал все понимать.
Прошли еще недели, дни,
Он все пытался рисовать,
Устал он слишком от борьбы,
Что боль не смог в себе держать,
Тогда запил он яркий яд,
Чтоб чувство смог он потерять.

Проходят месяцы и дни,
Он заплутал в своем безумии,
Увидел знаки от судьбы,
Увидел смерть как новолуние,
Он брел по старому покрову
Все становилось лишь угрюмее.
И дочь его печальной стало,
Она боялась за отца,
Что в жизни счастья видел мало,
Хоть он работал для холста,
Она шагала в коридоре,
Не видя света из конца.
Вокруг все зарастало пылью
И зелень высилась везде,
Художник жил под этой гнилью,
Не видя силы на лице
И зеркало его пугало,
Оно пророчит о конце.

Он выпал в полные кошмары
И видел яркие следы,
От стен доносятся удары,
Воняет трупом от жены,
Она бродила , как живая,
Он сильно трясся от среды.
Но дочь лишь видела страдания,
Отец в агонии и пьян,
Ее последнее желание,
Не видеть больше этот срам,
Она оделась и сбежала,
В слезах оставила лишь шрам.

Художник все стремился к свету,
Он падал, ударясь в пол
А труп жены в гнилье одетый,
Идет скорее на балкон
И прыгает на землю прямо,
Вдруг исчезает под окном
И звук раздался лишь корявый
И сотрялася  целый дом.
Вокруг весь дом разбушевался,
Он начал гнить и весь трещать,
Художник на чердак забрался,
Остался только холст стоять,
Тогда он взял из ящика слой краски,
На холст он начал изливать.
Работа шла без промедлений
И алкоголь ушел с крови,
Вокруг гнилое навождение,
Но он рисует как из тьмы,
Он все старается , потеет,
Он ищет отблески любви.
И наконец шедевр сделан,
Он отошел чуть рассмотрев,
Был весь мольберт пред ним обделан,
Его пробрал безумный смех,
Лишь слезы вытекали с глаз,
Он ощущал живой успех.
Но оглянувшись, видим мы,
Что одиночество скрепилось,
Художник стал как сгусток тьмы,
К нему прозрение явилось,
Он потерял все дорогое,
Что у него когда-то билось.
Пока художник наш рыдал,
Открылась дверь в его чулан,
Оттуда выпал лишь портрет,
А было их там очень много,
Жену вернуть себе мечтал,
Но потерял надежду в бога.
А сказка лишь всего лишь сказка,
Она выносит нам мораль,
Мы придаем и ей огласку,
Выносим вывод и печаль...