Бог постоял у края Енисея,

Бог постоял у края Енисея,
Где в берега стучит седая сталь.
Смотрел на волны, лаской их лелея,
И взглядом обнимал седую даль.
Могучая река неслась, играя,
Сквозь горы, сквозь века и сквозь туман,
И Бог стоял, величью подражая,
Смывая пеной горести людских ран.

Он видел, как рыбак сидит угрюмо,
Застыв над леской в утренней тиши.
Тот не просил богатства или шума —
Он лишь искал покоя для души.
И Бог на берег сел с ним рядом тихо,
Поправил ворот, чтобы не сквозило...

Пока в столицах пенилось и лихо —
Здесь вечностью и правдою сквозило.
Он слушал, как тайга вдали вздыхала,
Как кедр качал продрогшею главой.
Ему здесь слов молитвенных хватало —
В их шелесте над синей головой.

Ведь Енисей — он Храм Его без стенный,
Где куполом — лазурь и облака,
Где ток воды, живой и сокровенный,
Течёт из Божья сердца в два притока.

Он зачерпнул ладонью воду-синюю:
«Живи, теки, холодная река!»
И бросил в волны звёздную крупинку,
Чтоб путь был светел нам через века.
И отошёл в туман по перекатам,
Оставив след на мокром валуне...
Бог не в речах, облитых душным златом,
Он — в чистом льде и в Енисейской глубине.