Фанатизм не вера

Святоши с факелами и крестами!
Они с ножами не наши и не с нами

Они идут, как будто с неба,
С печатью истины на лбу.
В руке — не хлеб, а только схема,
Как правильно гореть в аду.

У них спасенье по инструкции,
С печатью, подписью, углом.
Шаг влево — ересь. Шаг к дискуссии —
И ты, уже почти что стал врагом.

Они Христа так яро защищают,
Как будто Он без них стал сиротой.
И так усердно Его ограждают,
Что к Нему не пробьётся Его же народ.

У них любовь — как дисциплина:
По форме, строем, по свистку.
Улыбка — строго по уставу.
И благодать — по пропуску.

Они кричат: «Мы — соль земли!»
Но соль их — в ранах жжёт и режет.
И где бы ни прошли они —
Трава не кланяется — вянет.

У них в глазах — священный гнев,
В словах — небесные приказы.
И каждый, кто не их посев,
Почти что поражен проказой.

Но странно: Тот, Кого зовут,
Шёл тихо, без фанфар и строя.
Он к грешникам входил, как друг,
Не с протоколом и конвоем.

Он не ломал, а поднимал.
Не жёг — а грел сердца разбитых.
И если строго обличал —
То плакал прежде, чем услышат.

Фанатик любит гром и крест,
Чтоб видно было издалёка.
А Бог — не вывеска, не жест,
И не реклама небосвода.

Фанатик хочет быть судьёй,
Он в мантии из праведного гнева.
Но забывает: Сам Господь
Судил — коленопреклонённо.

Ирония проста, друзья:
Чем громче крик «я Божий воин» —
Тем меньше слышно голоса
Того, Кто тихо шепчет: «Помни».

И если твой огонь — без слёз,
Без сострадания и боли —
Проверь, не собственный ли «трон»
Ты охраняешь вместо Бога.

Любовь и вера — не марш и не парад.
Она — как свет в окне в ненастье.
И если кто-то рядом слаб —
Ты греешь, а не жжёшь для счастья.

Святость не рвётся дико в микрофон.
Святость она умеет быть незримой.
И даже самый тихий в Божий дом
Порой приходит самым сильным.

Автор Широков А.А. 19,02,2026 г Киев Украина.