Ты позовешь, и я отвечу. 3. Тетрадь Родиона

Стихи Татоше

Бабочка на ладони

С ледяной ладони – в зимний
Сумрак унеслось
Белокрылой мнемозиной
Всё, что не сбылось...

Но – на детскую ладошку -
Гость иных времён
Прилетает – понарошку! -
Синий махаон,

Понарошку умирает:
Вздрогнул – и воскрес:
Крыльями легко играет
С ясностью небес...

Небеса – недостижимы...
Тонких линий сеть -
Мир мой, где непостижимы
И любовь, и смерть...

Вьётся в нас, еще не стёртых
Времени игрой,
Бабочек, живых и мёртвых
Обречённый рой...

Но одно воспоминанье
Не стирай, не тронь:
Родники, сестрёнки Тани
Тёплая ладонь –

Счастье юного невежды:
Вздрогни, оживи,
Синее крыло надежды,
Белое – любви...

Лекарство от депрессии

Простуду вылечить – сущий пустяк:
Водочки выпей с перцем.
Но как лечить в голове кавардак
И безнадёгу – в сердце?

Когда в душе разрастётся пустырь,
Не мыкаешься, не ропщешь,
Летишь – перламутровый мыльный пузырь! -
И чувствуешь: скоро лопнешь...

Потянет ввысь сквознячком  успех...
В итоге – в углу забвения
Подсохнет мокрое место от всех -
От бездарей и от гениев.

Бежать – в бордель или в монастырь?
Но страсть или вера пустая -
Всё тот же радужный мыльный пузырь:
Раздуется, лопнет, растает...

Бессонницы гнёт приподнимет восход -
Сияющий солнечный краешек,
И душу – на бреющем – как птицелёт,
Подхватит надежда – жива ещё!

Грусть – гелий. Депрессию песней лечу,
И шею закутав шарфиком,
Над вечным шаром земным лечу
Улыбчивым детским шариком...

Бездомный кот

Рыжий, брошенный, грязный кощей...
Девять жизней кошачьих – враки!
От глистов, от блох и клещей
Изнемог и убёг за баки
Мусорные – бомжиный клондайк,
Но не хватит сил в нём порыться...
М-р-р, Татоша добрая, дай
Горстку корма -  схрумтеть и забыться.
Дрянь, согласен. А люди что жрут?
Дрянь корма – дрянь и пьют для затравки...
Мне – погрызть от заразы травки,
И в подвал – в этот вечный приют,
Где, не сдохнешь пока,
Не найдут
Плети ливня и зубы шавки...

Пантера

Кто – в книги, кто – в секс, кто – в карьеру,
Кто – в веру ушёл с головой.
А я приручаю пантеру,
Что дремлет над чёрной травой.

Спит царственно под звездопадом,
Но сон её – только игра:
Зеркально сверкающим взглядом
Пронзит и мурлыкнет: «Пора!»...

Тебя не устал бы я нежить,
Татоша... Но как объяснить,
Зачем эту чёрную нежить
Я нежно хочу приручить?

Стихи самому себе

Игра
На шарике голубеньком,
На крохотном таком,
Опутанном, окукленном
Огромным пауком,

Танцует в вечной сутолоке
В плоть вылепленный прах:
Марионетки-куколки
С надменностью в глазах.

Сплетая нити в похоти,
Кружит папье-маше:
Как жаждут славы крохи те,
Бессмертия – душе!

Но в вечности расколотой
Лишь чёрных лап игра:
Ткут серебро – из золота
И пыль – из серебра...

Пустота

Неон - от жабр до хвоста -
Ты плаваешь беспечно:
Подруга смерти,  пустота -
Аквариум твой вечный.

Там самочки зовут в игру:
Пустых страстишек  склоки,
Где ловят мелкую икру
Ленивые  молоки...

Цель – от нуля и до нуля,
Незримым – на потеху:
Пожрать от пуза мотыля,
А дальше – пузом кверху...

Как в ядовитой кислоте,
Что притворялась сладкой.
Ты растворишься в пустоте -
Без смысла и остатка...

Медный грош

Куда летишь, нетленная,
Безудержная мысль?
В бескрайнюю Вселенную?
Остынь, остановись!

Пути достигнув Млечного,
Мерцаньем звёзд маня,
Взлететь с тобою – к вечности,
Зачем зовёшь меня?

Корабликом космическим,
Где по отсекам – прах,
Скитаться обезличенно
В бесчисленных веках?

Или душой бессмертною
Над прахом воспарить?
Но я лечу – в безверие:
Вне тела – страшно жить...


Вернусь, уймусь, запутаюсь
В долгах,  в счетах, в тщете,
В пушистый плед закутаюсь
С книжонкой на тахте,

Чтоб с девочкой сговорчивой
Делить на ложе – ложь,
Печаль и одиночество
Продав за медный грош,

Остепениться – с таксою
Гулять, жену любить:
Кусочек жизни ласковой
За медный грош купить?

Куда ты рвёшься, пленная
И тленная душа?
Купить за грош – Вселенную?
Да нету ни гроша...

Взгляд из окна в новогоднюю ночь

Эту ночь в суете дедморозовой
Без подружки прожить – капец!
Вот приехал в шубейке розовой
Чей-то сладенький леденец:

Из машинки легко выскакивает -
Ей пешком ходить не с руки!
Белый ангел её не оплакивает:
Помер он давно от тоски...

Чёрный ангел трубою подзорною
В чёрной туче проделал дыру:
Испокон веков смотрит порно он -
Голых членов людских игру.

На втором этаже, на десятом ли,
Хоть закрась, как в сортире, окно,
Рассекретит труба проклятая
Всех актёров в крутом кино...

На машинках сигнализация,
Бродит около белый кот...
За спиной моей – нализация:
Нализались все – до икот,

Кто-то ножками резво подрыгивает,
Аж на ёлке дрожат огни...
А машинка глазком подмигивает:
Полетаем, ну, угони?!

Полетать хочу – там, за окнами,
Но машинку не угоню.
Я, как белый кот, брожу около
Жизни чокнутой в стиле ню.

За спиной моей всеми способами
Развлекается монпансье:
Все облапанные и обсосанные,
Но и сладенькие  - тоже все.

Ни у тополя, ни у ясеня,
Где любимая, не спрошу.
Выпью беленькой, выпью красненькой,
Ушком розовым закушу...

Опять двадцать пять?

Живи еще хоть четверть века,
Всё будет так, исхода нет.
Александр Блок.

Созерцая в окно четверть века
Мир, мне чуждый, чего я достиг?
Я – всего лишь духовный калека,
Датский принц и духовный старик...

Жить еще и еще четверть века?
Для чего? Смысла я не постиг.
Умирать буду – трижды калека,
Трижды Гамлет и трижды старик...

Стих – Оксе

Из ванной - в полотенце, как в чалме,
Явилась ты царицею восточной
В таинственной и лживой полумгле,
Пославшей к чёрту стыд и непорочность.

Я понял, как известный всем поэт,
Что истина в вине – на дне бокала:
Когда с желаний тела снят запрет,
Страсть достигает высшего накала...

Полсердца предложить тебе – с рукой
Пришлось, поскольку совесть тихо ныла.
Вино на свадьбе потекло рекой,
Но почему-то страсть слегка остыла...

А нынче вновь из ванной вышла ты
В халате куцем и  чалме махровой,
И я – прощайте юности мечты! -
Подумал молча: «Глупая корова»...
 


Стихи – никому.

Стеклодув

Бесформенно кипящее стекло -
Страстям неуправляемым подобно...
И только стеклодува ремесло
Пустой пузырь преобразить способно.

Не каждому даётся мастерство,
Немногими хранимое издревле,
Стекло – недорогое вещество! -
Облагородить в сказочном шедевре.

Но из песка -  так хрупок материал?
Хранить его веками – труд напрасный...
Зачем же ты дыханьем управлял
И легкие сжигал, забытый мастер?

Так и стихи: остынут, как стекло,
Хрустально вспыхнут,
В трещинах, устало
Рассыплются, чтоб время унесло
Осколки – и с песком перемешало...

Прощальное

Уходишь, двадцатый? Под хохот хмельной
Земли постояльцев, развратных и глупых...
Гореть тебе вечно в огне твоих войн,
И гнить тебе вечно с горой твоих трупов!

Прощай, двадцать первый! Меня не зови
Стать в джунглях, чтоб выжить, подобием зверя.
Пушинка несбывшейся светлой любви
Мелькнёт в сквозняке – но захлопнутся двери...

Бой красных курантов, церковный трезвон -
Мотивчик один: как сбежать до рассвета
Со всех дней рождений, со всех похорон
В мир вечного счастья, которого  нету...