Письмо из ковидной палаты

Письмо из ковидной палаты
генеральному прокурору Украины

Это всё придумал Черчилль
В восемнадцатом году!
Владимир Высоцкий


Уважаемый и страшный
Самый главный прокурор,
Пишет вам лишённый каши
И больной ковидом хор.
Мы в заразном отделении
Приучились хором петь,
Но истории с вакциной
Не намерены терпеть.

Пусть безумная идея,
Но победила сгоряча,
Каши нет, но нам важнее
Похождения главрвача.
Он следы свои запутал,
И делишки все заплёл,
И нам теперь, как баламутам,
Не дают второй укол.

Как человек, блюдущий право,
И налево ни ногой,
На него найди управу,
Прокурор наш дорогой.
Ведь вакцина не игрушка,
Ну, как же так, подумай сам,
Один укол – стрельба из пушки
По микробным воробьям.

Вирус – это враг матёрый,
Его так просто не убить,
И бустерный укол повторный
Нам очень надо получить.
А здесь медикаментов груды,
Но ловко созданный бардак
Их поглощает, как Бермуды,
Сразу все незнамо как.

Мы сидим в зубах капкана,
В лапах белых мужиков,
У них в халатах три кармана –
Спрятал шприц и был таков.
Обещали нам в Минздраве,
Что вакцины хватит всем,
Но она уходит быстро
На неплотных стыках схем.

Мы уже худы как черти,
Но всё дудим в свою дуду:
- Вы вакцину нам отмерьте,
Или сменяйте на еду.
Мы свои обеды слили
В огромедный медный таз,
Но рвачи суп не любили
И всё спустили в унитаз.

Что ж, понятно, суп не пряник,
Не всем пришёлся по душе,
Мы ещё гуляш достанем
В добавление к лапше.
Мы на многое готовы,
Только вряд ли будет толк,
Ведь вакцину охраняют
Как царевну серый волк.

Говорят, вакцины валом
Где-то на краю Земли,
Снарядил министр Степанов
К индусам в гости корабли.
Но брахманы - это каста –
К ним не суйся, если глуп.
Сколь по Индиям не шастай,
А тебя не пустят в клуб.

В путь пустились на понтонах -
Потому, что флота нет,
И всплыли где-то в Вашингтоне,
Со Старым спутав Новый свет.
Это ж надо так вертеться,
Сделав четверной тулуп,
У нас, в желании нагреться,
Теперь есть свой Антиколумб.

А когда из Вашингтона
Он всё же в Индию попал,
Запел: Абара Я, абара -
Всё сироту изображал.
Но индийцы свою Астру
Как зеницу берегли –
Не продали за пиастры,
Торгуют только за рубли.

После стали разбираться,
Как же плыли корабли,
Но министр вопрос вакцины
Связал с вращением Земли.
Мол, неоднозначность ориентаций
Эпштейн с успехом доказал,
Потом министр над златом трясся
И жадно рупии считал.

Вон он, змей, в окне маячит,
За спиною ковид прячет,
Подал знак кому-то, значит
Снова включат нам локдаун.
А в подвале у министра
Где-то спрятана канистра,
А в канистре то, что может
Заменить вакцину нам.

Ещё о нашем катаклизме,
Уважаемый юрист -
Прописали всем по клизме,
Кого назвали активист.
В целом нам подход понятен -
Делать всё наоборот,
Но нам приём лекарств приятен
По старинке через рот.

Как систему наказания
К нам применили этот срам,
Тут уже не до роптания,
Не до шептания по углам.
А поскольку в отделении
Туалет всегда закрыт,
Наш бунт приходит в обнуление
И будет сам собой изжит.

Ещё прислали санитаров
И рассадили по углам,
Чтоб в пузырьки стеклянной тары
Собирать заразный штамм.
Они берут его пинцетом
Тем, кто везде суёт свой нос,
Ну, и рвут при всём при этом
Из носу пучки волос.

Нас постоянно моют в душе,
Трут полы, сметают пыль,
Скоро нас совсем задушат,
Усмирят бунтарский пыл.
Можем мы ещё крепиться,
Но ведь время-то идёт,
А за нами вся больница
И весь ковидствующий народ.

Из-за наших спин маячит
Страшным зверем злой локдаун,
А рвачи вакцину прячут,
Набивают в чемодан.
Как на шоссе Волоколамском
В палате держим мы рубеж,
А жлобам с баблом кулацким
Помогает зарубеж.

Уважаемый и страшный
Самый главный прокурор,
Пишет вам на всё согласный
И больной ковидом хор.
Мы надеемся на правду,
Помогите нам, а то,
Если вы не отзовётесь,
Мы напишем в штаб НАТО.