Таверна

У городских ворот, где пыль дорог,
Где кончился бой, где устал клинок,
Стоит таверна — приют для строк,
Что сложит бард про отважный полк.

Дым от камина, жаркий очаг,
Дубовые столы, на стене — щит.
Здесь каждый воин — не просто пришлец,
Здесь братство живёт, здесь сердце стучит.

Входят устало, с царапиной на лбу,
С помятым шлемом, в кольчуге ржавой.
«Эй, хозяин, вина — и побольше, в кубку!
Мы вернулись домой — хоть на час, но живой!»

За столом у окна — седой капитан,
Рядом — лучник, что бил без промаха вдаль.
Слева — копейщик, в шрамах весь стан,
Справа — оруженосец, юн, но удал.

«Помнишь, у брода?» — «Ещё бы, брат, да…
Как мы стояли втроём против двадцати!»
Смех раскатился, как гром иногда,
Кубки сошлись — и забыли пути.

Бард взял гитару, запел про рассвет,
Про тех, кто не смог до таверны дойти.
Все замолчали — в душе тихий след,
Но подняли чаши: «За них, по пути!»

Хозяин кивает, подливает опять,
Хлеб нарезает, жаркое несёт.
«Вы — моя честь, вы — моя благодать,
Пусть отдохнёт здесь усталый народ».

А за окном — ночь, факелов свет,
Стража идёт, да не тронет гостей.
В таверне «Меч и кружка» — дружбы завет,
Где воин — брат, где нет злых вестей.

Утром — в поход, снова сталь и бой,
Но нынче — покой, и дружба, и хмель.
Таверна помнит всех, кто пришёл домой,
И тех, кто вернётся — в заветную дверь.