Мост, или дело было в кузнечиках

МОСТ, или ДЕЛО БЫЛО В КУЗНЕЧИКАХ.

Пьеса. Комедия. 16+

Автор Эвелина Пиженко.

Данный текст является авторской (интеллектуальной) собственностью Пиженко Эвелины Николаевны.
Действие происходит в деревне Кузнечики, которая отделена от остального мира рекой. Единственный путь, соединяющий деревню с цивилизацией – старый пешеходный мост. Бывший житель Кузнечиков Кирилл Воронин после многолетнего отсутствия приезжает на малую родину. Его цель – незаметно для односельчан проехать на мотоцикле по деревенским улочкам и посетить могилу любимой бабушки. Такой секретности есть свои оправдания, однако, не всё идёт по плану: во время проезда по старому деревенскому мосту Кирилл не справляется с управлением и сваливается в реку. Ему удаётся выбраться на берег, но документы, телефон и мотоцикл остаются на дне. Пострадавший мост, уставший от многолетней нагрузки, через несколько минут тоже даёт трещину: один из его пролётов обрушивается в воду. Деревня Кузнечики оказывается отрезанной от внешнего мира. Кирилл никому не может сообщить о своём положении: в Кузнечиках нет интернета, и мобильная связь «начинается» на другом берегу реки. Первой, кого встречает Кирилл на родной земле, оказывается его бывшая любовь – Марина. Она вместе со своими односельчанами так же пытается сообщить о происшествии административным лицам района, но ей отключают стационарный телефон – единственное средство связи в Кузнечиках. Этому есть объяснение: в районе идут юбилейные мероприятия, и упавший мост не вписывается в праздничные планы. К тому же, мост не так давно числится отремонтированным, и средств на его восстановление уже нет. Жители Кузнечиков оказываются в полной изоляции: невеста в день свадьбы не может попасть в город к своему жениху, другие односельчане, мечтавшие о живом концерте знаменитого певца Икара вынуждены распрощаться со своей мечтой. Сам Кирилл пребывает в панике, ведь он и есть та самая новомодная звезда шоу-бизнеса по имени Икар, который вечером должен выступить на городской площади. По понятным причинам он не раскрывает своей тайны, а поклонники Икара не узнают в бывшем земляке своего любимца. Кирилл-Икар с ужасом понимает, что застрял в Кузнечиках на неопределённый срок. Он невольно наблюдает нерадостную картину: за шестнадцать лет его отсутствия деревня опустела: закрыты школа, больница, не работает клуб. Большинство жителей перебрались в город. На плаву лишь предприимчивая хозяйка местного ларька по прозвищу Зойка-Сдача и её прямая конкурентка Соломониха, главный производитель и реализатор местного самогона. Есть ещё семейная ферма и кузница, которые принадлежат Марине и её мужу Ивану, но это, скорее, исключение из вновь написанных правил умирающей деревни. По воле всё тех же обстоятельств Кирилл-Икар оказывается в эпицентре несостоявшейся свадьбы, а ночь, которую он невольно проводит на берегу реки, заставляет открыться перед жителями деревни. Утро приносит удивительные новости: по местным телеканалам местные чиновники браво рапортуют об успешном ремонте упавшего моста. А корреспонденты и блогеры взахлёб рассказывают… о состоявшемся накануне концерте Икара! Какие ещё раскроются тайны, как выйдет из положения Кирилл, и простит ли Марина его прошлое предательство, узнают зрители, если попадут на показ этого спектакля.
Неожиданные повороты, гиперболизированные ситуации, комичные сцены, песни, которые поют герои, юмор и гротеск – все эти факторы сделают постановку яркой и незабываемой. А близкие зрителю темы, которыми насквозь пропитана пьеса, обязательно затронут самые тонкие и глубокие чувства и, возможно, заставят по-новому взглянуть на себя со стороны.
В пьесе кроме основных героев может быть задействована массовка.
К тексту пьесы прилагаются записи 4-х песен «плюс» (Автор текстов Эвелина Пиженко), запись голоса Диктора (4 аудио файла), фоновые звуки.
Пьеса состоит из 4-х картин.
Продолжительность действия. около 1,5 часа.
Объём текста 34 страницы в формате ворд (14 кегль).

Действующие лица:

МАРИНА. 34 года. Жительница деревни Кузнечики. Хозяйка небольшой фермы.
ИВАН. 38 лет. Муж Марины. Местный фермер и кузнец.
КИРИЛЛ ВОРОНИН, ОН ЖЕ ЗНАМЕНИТЫЙ ПЕВЕЦ ИКАР. 34 года Бывший одноклассник Марины и её первая любовь.
СВЕТКА ЛАМБАДА. 34 года. Бывшая одноклассница Марины и Кирилла. Одинокая бойкая бабёнка в вечном поиске личного счастья.
ВИКА. 19 лет. Фанатка певца Икара. Родилась в Кузнечиках, живёт в городе. Невеста. 
ЗОЙКА-СДАЧА. 45 лет. Мать Вики. Хозяйка деревенского магазина.
ПАША. 23 года. Автомеханик. Жених Вики.
БОБЫЛИХА. 65 лет. Мать Зойки, бабка Вики. Бывшая заведующая сельпо. Рьяная хранительница семейных традиций. 
СОЛОМОНИХА. 55 лет. Местная самогонщица, а потому конкурентка Зойки-Сдачи. 
ШТЕКЕР. 65 лет. Местный дедок. Прозвище получил по причине невероятной способности влезать в любой разговор и давнего увлечения радиоделом. 
ИРМА. Очень деловая женщина неопределённого возраста. Продюсер Икара.
МАССОВКА.



Кулисы закрыты.

ГОЛОС ЗА КАДРОМ. Эта история произошла в одной из маленьких деревушек, рассыпанных по берегам многочисленных рек нашей необъятной родины. Её нам поведала знакомая Галя, Гале рассказала кума Лиза, Лизе – золовка Нюра, которая случайно услышала разговор двух попутчиц в пригородной маршрутке. Мы не можем ручаться за достоверность событий, но одно знаем точно: всё, что случилось, случилось не в нашем районе.   

Звучит музыка (Фон 1). Открываются кулисы.

КАРТИНА ПЕРВАЯ.

Солнечное утро. Сцена представляет собой берег реки. Чуть правее – пешеходный мост, видна вышка сотовой связи. К вышке приделан старинный репродуктор. Где-то неподалёку предполагаемая небольшая пристань. Берег порос ивами. Слышится рёв моторной лодки, плеск воды. Через несколько секунд на сцене появляется Марина. Она одета в простую одежду, на голове косынка. Из другой кулисы выходит Вика, с ней ещё девушки (если есть массовка, если нет – то одна). В руках – свёрнутый в трубочку плакат, несколько воздушных шаров.

ВИКА. Здрасьте, тёть Марин!
МАРИНА. Здравствуй, Вика! Куда собралась?
ВИКА. Да на тот берег, плакат на остановку повесить.
МАРИНА. Что за плакат?
ВИКА. А вот, смотрите!

Вика и девушки разворачивают плакат. На нём крупными буквами написано: «Жениху – сюда!».

МАРИНА (смеётся). Боишься, что жених мимо проедет?
ВИКА. Да нет, Пашка не проедет! Просто – прикольно. И время ещё есть. У нас регистрация в четыре.
МАРИНА. Пошутила я. Конечно, прикольно. В кои-то веки у нас в Кузнечиках свадьба. Аж душа радуется.
ВИКА. Ну, свадьба-то в городе. Но мы постараемся и деревню растрясти!
МАРИНА. Только не перестарайтесь. Вы-то уже городские, а нам ещё в Кузнечиках жить!
ВИКА. Тёть Марин, видеосъёмка будет. Так что, наряжайтесь, и вас снимем!
МАРИНА. Ладно, посмотрим. Счастья вам с Пашей!
ВИКА. Спасибо!

Вика с девушками весело убегают в сторону моста. Марина задумчиво смотрит на реку.

Звучит песня.

Марина собирается уходить, делает несколько шагов, неожиданно навстречу выскакивает Штекер. У него в руках удочка, он её держит как ружьё – наперевес.

ШТЕКЕР. Хенде хох!
МАРИНА (невозмутимо). Привет, привет.
ШТЕКЕР. Чего это ты нашу глухомань в такую спозаранку бороздишь, рыбу мне пугаешь?
МАРИНА. Ивана на тот берег провожала.
ШТЕКЕР. Молоко в город повёз?
МАРИНА. А что ещё. У нас коровы только молоком доятся.
ШТЕКЕР. Морока вам с этим хозяйством. С другой стороны, прибыль, поди, хорошая.
МАРИНА. А ты заведи это хозяйство, и узнаешь.
ШТЕКЕР. Если бы коровы вместо молока бражку давали, с превеликим удовольствием. 
МАРИНА. Не вывели ещё такую породу.
ШТЕКЕР. Зря! Большой был бы спрос, палёный штекер. И мост новый давно бы уж стоял, а может, и метро бы проложили.
МАРИНА. Ох, и фантазёр ты, Штекер. Тебе бы сказки писать да нашим депутатам на ночь рассказывать.
ШТЕКЕР. А в чём я не прав? Сидел бы твой Ваньша дома, только успевал из форточки бражку в цистерны разливать. А так – каждый день к моторке подвези, переправь, на том берегу в машину загрузи… А у него ещё и кузня окромя всего прочего! (Прищуривается, задирает Марину). А, может, у него в городе другой интерес? Гляди, Маринка, тама бабы шустрые, и способности у них уж больно… выдающиеся… (делает характерный жест руками на уровне груди). Как бы Иван себе молодую тёлку там не завёл!
МАРИНА (спокойно). Заведёт так заведёт. У нас коровник большой, всем места хватит.
ШТЕКЕР. Маринка, вот за что тебя уважаю, так за твоё чувство юмора. Что ни скажешь, всё – как штекер в гнездо.
МАРИНА. В наше время без юмора нельзя. Сразу застрелиться хочется.
ШТЕКЕР. Вам-то с Иваном чего стреляться? Живёте гладко, едите сладко. Поди, не знаете, куды деньги прятать.
МАРИНА. Ишь ты. Не зря говорят, что в чужих руках и метр длиннее, и килограмм тяжелее. Надел бы наше ярмо, узнал бы, какое оно – «сладко». (Начинает сердиться, говорит о наболевшем). Сколько лет обещают переправу вернуть, а на деле одна болтовня: ни парома, ни катера, ни автомобильного моста. Пешеходный – и тот вот-вот развалится.
ШТЕКЕР. Так ремонтировали ж в прошлом годе. Говорят, не один мильон из бюджету списали, палёный штекер.
МАРИНА. Не знаю, что там в отчётах написано, а средний пролёт после ремонта ещё больше мотать стало, особенно, если Зойка в магазин товар на тележке везёт. Пока дойдёшь, страху натерпишься. Доски играют, опоры скрипят!.. И мост длинный, в два прыжка не перемахнёшь. И река под ним – омут на омуте. Была б моя воля, я давно бы и тележки, и прицепы, и мотоциклы с велосипедами на нашем мосту запретила.
ШТЕКЕР. А как ей, к примеру, товар в магАзин доставлять?
МАРИНА. Мы же как-то продукцию перевозим. И Зойка может лодку прикупить, не обеднеет.
ШТЕКЕР. Ух ты, грозная какая. Деревню без харчей оставить хочешь?
МАРИНА. Какие там харчи? Водка, чипсы да энергетики? Только и таскает ящиками каждую неделю. А для кого, спрашивается? Иван мой не пьёт, а кроме него в деревне три с половиной мужика остались да ты, удалец-молодец. Городским по ночам продаёт по завышенной цене. А нагрузка – на наш мост
ШТЕКЕР. Ну дык, обстоятельства разные бывают. И я с пенсии чекушок-другой могу прикупить.

Слышен девичий смех, возглас Вики: «Да не бойтесь! Он у нас всегда ходуном ходит!». На сцене снова появляются Вика и подружки. Они смеются, что-то обсуждают. Проходят, не обращая внимания на Марину и Штекера. Марина провожает их взглядом, затем поворачивается к Штекеру.


МАРИНА (иронично). Хорошая же у тебя пенсия, Штекер! Всем бы такую.  Каждый божий день – чекушок. Бедная Зойка завозить не успевает. Тебе благодать, а мост по швам трещит, вон, даже девчонкам страшно.
ШТЕКЕР. Ты, Маринка, краски не сгущай. От Зойкиных тележек вреда нету. И начальство районное всё, поди, на контроле держит.
МАРИНА. Да как вы все не понимаете! Этот мост – последняя связь с внешним миром. Нам его беречь надо как зеницу ока. Случись что, останемся отрезанными.
ШТЕКЕР. Тебе-то чего печалиться. У вас с Иваном моторка есть.
МАРИНА. У нас-то есть. А вот у тебя нет. Как будешь чекушки добывать? (Смотрит вдаль из-под руки). Во! Ещё один умник!
ШТЕКЕР. Чего там?
МАРИНА. С того берега на мотоцикле на мост заехал, видишь?.. А ты говоришь – на контроле… (Смотрит вдаль). Тоже, наверное, к Зойке за водкой, пока в городе алкомаркеты закрыты…

Слышен приближающийся рёв мотоцикла, затем глухой удар и громкий всплеск воды. Марина в страхе на секунду закрывает руками лицо. Затем машинально делает несколько шагов в сторону предполагаемого берега, смотрит с тревогой. Штекер трусливо следит с места, осторожно вытягивая шею. Слышен плеск, как будто кто-то выбирается на берег, мужское чертыхание. На сцене появляется Кирилл Воронин, он весь мокрый, хромает, держится за ногу. Смотрит вниз, лица не разглядеть.

ШТЕКЕР. Штек-кер мне в ухо!
КИРИЛЛ. Ч-чёрт!.. Только не это!..
МАРИНА. Сильно ушиблись?
КИРИЛЛ. Ещё не понял… Ничего себе подкинуло!..

Кирилл кое-как выходит на середину сцены, сгибается, упершись ладонями в колени, трясёт мокрой головой. Пытается сделать шаг, снова хватается за ногу. Усаживается на землю. Трогает ногу, морщится от боли. Лицо закрыто мокрыми волосами.

МАРИНА (осторожно трогает его за плечо). Эй! Точно ничего не сломал?
КИРИЛЛ (не глядя на Марину, говорит куда-то вниз). Если только карьеру, но пока надеюсь на лучшее. Предупреждать надо, что мост в аварийном состоянии!
МАРИНА. Вообще-то мост после ремонта.
КИРИЛЛ. Как-то не заметно.
ШТЕКЕР. Дык, тормозить надо, палёный штекер.
КИРИЛЛ (поворачивает голову к Штекеру). Дед, ты эту дурмашину видел? Легче поезд руками остановить.
ШТЕКЕР (с ехидством). Разглядеть не успел. Больно быстро эта твоя дурьмашина в речку шваркнулась. Теперь, поди, караси в зерькала на себя любуются.
МАРИНА (Штекеру с укоризной, но заметно, что думает о другом, присматривается к Кириллу). Ладно тебе, язва ходячая. Лучше бы принёс человеку что-нибудь накинуть. У нас по утрам не жарко…
ШТЕКЕР. Эт можно. Эт завсегда. (Кириллу). Надеюсь, благодарность не заставить себя ждать.

Штекер и сам рад покинуть место происшествия, торопливо уходит за кулисы.

МАРИНА (невольно приглядывается к Кириллу, как будто пытается узнать). Хорошо хоть сам целый. Если бы на середине реки подбросило, мог бы и не выбраться, там у нас яма почти четыре метра.
КИРИЛЛ. Четыре с половиной.
МАРИНА. Откуда знаете?
КИРИЛЛ. Знаю…

Кирилл с трудом распрямляется, Марина смотрит на него пристально.

МАРИНА. А я думала – обозналась… Кирилл?..
КИРИЛЛ (наконец, тоже разглядывает Марину, хмурится). Марина?.. Не узнал…
МАРИНА (с горькой усмешкой). Надо же… Не думала, что когда-нибудь приедешь.
КИРИЛЛ (в тон). Мотоцикл захотел утопить.
МАРИНА. Поближе речек не нашлось?
КИРИЛЛ (несколько секунд не отвечает, потом переводит разговор). А ты что, до сих пор здесь живёшь?
МАРИНА. Живу, как видишь.
КИРИЛЛ (не очень обрадован встречей, говорит куда-то в сторону). Не так я представлял сегодняшнее утро. (Говорит сам с собой). Пятнадцать лет не появлялся… Зато появился, так появился.
МАРИНА. Шестнадцать.
КИРИЛЛ. Что?
МАРИНА. Лет. Шестнадцать лет.
КИРИЛЛ (делает вид, что не понял). Думал, приеду по-тихому, пока все спят, метнусь до кладбища…
МАРИНА. По-тихому – на мотоцикле да в восемь утра?
КИРИЛЛ. Можно подумать, у вас своих ездунов нет.
МАРИНА. Чужие бывают… А своих давно уже нет. Опустели Кузнечики… Из техники только трактор на ферме да пара велосипедов.
КИРИЛЛ. А машины?
МАРИНА (разговаривает нехотя). В гаражах на том берегу. Зимой по льду приезжают, а летней переправы нет. Паром уж лет семь, как сняли. Да и мимо нас давно никто не плавает кроме браконьеров.
КИРИЛЛ. А катер?
МАРИНА. Отменили. Пассажиров нет, нерентабельно. Из путей сообщения – только трасса на том берегу.
КИРИЛЛ. Автобус-то хоть останавливается?
МАРИНА. Останавливается. 
КИРИЛЛ. Хоть одна приятная новость. (Оглядывается, рассуждает). Так… Реку мне сейчас не переплыть… Волшебник в голубом вертолёте за мной ещё не скоро прилетит… Остаётся последний вариант… Когда автобус на город?
МАРИНА (смотрит на часы). Через час.
КИРИЛЛ (Хлопает по карманам). Чёрт… Паспорт, телефон, карточка… Всё на дне, вместе с мотоциклом. (Смотрит в сторону реки). М-да… И этого зверя теперь ни за что одному не вытащить.
МАРИНА. Иван с сыном вернутся, если что, помогут достать. У них и акваланги есть.
КИРИЛЛ. Кто такой Иван?
МАРИНА. Муж.
КИРИЛЛ. Когда вернётся?
МАРИНА. Завтра утром.
КИРИЛЛ. Отпадает. Мне сегодня в городе нужно быть, кровь из носу. А ночью самолёт.
МАРИНА (усмехается). Снова от кого-то прячешься?..
КИРИЛЛ (хмуро). Проездом. Хотел бабушкину могилу навестить. (Пытается шевелить ногой). Кажется, теперь и это не в моих силах.
МАРИНА. Ну, как знаешь. Других мужиков в деревне – три алкаша да вон, Штекер. Может, за бутылку и нырнули бы сегодня, да кто их самих потом вылавливать будет.
КИРИЛЛ. Попад-дос!.. 
МАРИНА. Могу скорую вызвать. Часа через полтора приедут, в город увезут, в травмпункт.
КИРИЛЛ (перебивает, не даёт сказать). Не надо никакой скорой. Обычный ушиб… Доберусь.

Какое-то время молчат. Каждый думает о своём. Наконец, Кирилл исподлобья смотрит на Марину.

КИРИЛЛ. Значит, у тебя всё хорошо?
МАРИНА. У меня всё отлично.
КИРИЛЛ. Искренне рад.
МАРИНА. Я тоже.

На сцене появляется Светка. Она нарядно одета, сумочка через плечо, видно, что куда-то собралась.

СВЕТКА. (Марине). Привет, Марин! (Подходит ближе, узнаёт Кирилла. Кричит от радости). Ворона, ты, что ли?! Нет, реально ты?!
КИРИЛЛ. Реально я.
СВЕТКА. Не, ну точно ты! Ворона!.. (Хлопает Кирилла по плечу, тот морщится от боли). Ой, ты что, мокрый?! А чего на земле сидишь?
КИРИЛЛ. Ламбада, ты не изменилась. Такая же чума, как в школе.
СВЕТКА. Узнал! Чего расселся-то?! Штаны мокрые, сейчас все в песке будут!
КИРИЛЛ. Это не штаны мокрые, это ткань такая модная.
СВЕТКА (не унимается). Узнаю Ворону!.. А где гитара?!
КИРИЛЛ. Пропил.
СВЕТКА (снова хлопает Кирилла по плечу, хохочет). Ой, да ну тебя! Пропил, говорит! Ты с каких облаков спустился, блудный сын?!
КИРИЛЛ. Командировка. Всё? Вопросы кончились?
СВЕТКА. И такой же деловой! Ну рассказывай, где ты, что ты?
КИРИЛЛ (неохотно). Так, работаю…
СВЕТКА. Кем?
КИРИЛЛ (так же неохотно). Ну, допустим, электриком…
СВЕТКА. Женатый? Дети есть?
КИРИЛЛ (неопределённо пожимает плечами). Не знаю…
СВЕТКА. Не знаю, говорит!.. В Кузнечики как залетел? Вечерним автобусом, что ли? А ночевал где? У бабушки твоей дом вроде заколочен, только что мимо проходила. (Переводит вопросительный взгляд на Марину). У тебя?
МАРИНА. Светуль, успокойся. Мы только встретились. Думаю, он тебе всё по дороге расскажет.
СВЕТКА (Кириллу радостно). А ты сейчас тоже в город? Ну класс! И я в город! Представляешь, юбилей района, в кои-то веки раскошелились на нормальную программу. Знаешь, кто приезжает?
КИРИЛЛ. Кто?
СВЕТКА (многозначительно). Икар! Весь район в шоке!
МАРИНА (нервно). Свет, успокойся. Откуда ему знать, кто такой Икар? Он же не девчонка шестнадцатилетняя.
СВЕТКА (обиженно). А Икара не только девчонки слушают! Между прочим, сегодня пол деревни на концерт собираются.
МАРИНА (с усмешкой). Пол деревни – это Соломониха со Штекером?
СВЕТКА. Почему это? Зойка, Бобылиха, ещё бабы… Да вся свадьба на него пойдёт.
КИРИЛЛ. У вас ещё и свадьбы бывают? А говорите, мужиков не осталось.
СВЕТКА. Да Зойка-Сдача дочку замуж в городе отдаёт. Жених с дружками после обеда должны на выкуп приехать. После – в город на роспись, после росписи на концерт Икара, и только потом – в ресторан. И я, между прочим, на концерт иду… Центральная площадь, начало в девятнадцать ноль-ноль. Если что, присоединяйся!
КИРИЛЛ. Посмотрим… Что же это за Икар такой?
СВЕТКА. Ты что, правда не слышал?! Ворона, ты в каком захолустье живёшь?! Это же певец супермодный. Его сейчас все слушают.
КИРИЛЛ. Так уж и все?
СВЕТКА. Да ты что! Даже у нас в деревне утро с него начинается. Штекер хоть одно доброе дело сделал – радио присобачил к каждому забору по старой профессиональной памяти. Правда, только местную волну ловит, но Икара крутят каждый день!
КИРИЛЛ. Что-то не слыхать вашего радио.
СВЕТКА. Так оборудование древнее. Когда хочет, тогда включается.
МАРИНА (недовольно). Вот и слушали бы по радио. Так нет же, пригласили на юбилей района.
КИРИЛЛ. Что же тут плохого. Сходят люди на концерт, посмотрят на живого артиста.
МАРИНА. Да за его концерт районная администрация такие деньжищи отвалила, мама не горюй! За эти деньги наш мост могли капитально отремонтировать, а то и новый построить!
СВЕТКА. Маринка, до чего ты душная, прям как твой Иван! Как по мне, чёрт с ним с мостом, лучше на живого Икара посмотреть! А мэру с депутатами – в кои-то веки спасибо!

Марина осуждающе качает головой, но ничего не отвечает. Кирилл снова хлопает себя по карманам.

КИРИЛЛ. Девчонки, одолжите кто-нибудь телефон на пару минут? Звонок нужно сделать, пока автобус не пришёл.
МАРИНА (говорит с Кириллом сдержанно). Я свой не взяла. У нас тут и связи нет.
КИРИЛЛ. В смысле – нет? Ты же скорую предлагала вызвать.
МАРИНА. Так с домашнего.
КИРИЛЛ. А они ещё существуют, домашние телефоны?
МАРИНА. Существуют. А сотовой связи у нас отродясь не было, если помнишь. На том берегу была, а у нас – нет.
КИРИЛЛ. Да я уже и не помню. А сотовую вышку для чего поставили? (показывает на вышку).
МАРИНА. Для красоты. Улучшает эстетическое восприятие деревенского пейзажа. Заодно служит подставкой для радиотранслятора.
КИРИЛЛ. Я серьёзно.
МАРИНА. Так и я не шучу. В прошлом году поставили, а оборудование так и не подключили. Вот и стоит, как памятник.
КИРИЛЛ. Жесть. Я и не думал, что у нас в стране где-то нет мобильной связи.
СВЕТКА (заигрывает). Зато есть электрики в мокрых штанах и без телефонов.
КИРИЛЛ. Ты же знаешь, люблю интриги. Если сейчас не сделаю звонок, моё начальство тоже будет очень заинтриговано.
СВЕТКА. Ладно, не парься. Перейдём на тот берег, на остановке с моей трубы позвонишь.
КИРИЛЛ. Может, ты мне и на билет денег одолжишь? Мне к автобусу подвезут.
СВЕТКА. Да не вопрос. (Смотрит вдаль). О, бабы наши прут красивою толпой!  Ворона, давай, в темпе на остановку, а то сидячие места займут, будем целый час стоя трястись.

Кирилл с трудом поднимается, так же держится за ногу. 

СВЕТКА. Ого, реально с ногой проблема? Или тоже интригуешь?..
КИРИЛЛ. Интригую. Свет, ты иди, я догоню…
СВЕТКА (многозначительно смотрит на Кирилла с Мариной). Точно догонишь?.. Поняла, ухожу!..

Светка быстрым шагом направляется к мосту. Марина и Кирилл молча смотрят ей вслед, ждут, когда она отойдёт подальше.

КИРИЛЛ. Наверное, нам нужно было поговорить…
МАРИНА. Не думаю.
КИРИЛЛ. Ты почти не изменилась…
МАРИНА. Я очень сильно изменилась.
КИРИЛЛ. Может быть, когда-нибудь ещё встретимся…
МАРИНА (перебивает). Может быть. А сейчас тебе лучше поторопиться.
КИРИЛЛ. Наверное, ты права… Я пошёл?
МАРИНА. Прощай…

Марина отворачивается, Кирилл, хромая, делает несколько шагов в сторону моста. В этот момент раздаётся громкий скрип, шумный всплеск – что-то большое обрушилось в воду. Светка с визгом бежит назад, бросается Кириллу на шею.

СВЕТКА. Ой, мамочки!.. Он падает!..
КИРИЛЛ. Кто падает?
СВЕТКА (испуганно показывает рукой). Мост падает! Не видишь, что ли?!

На сцену выходят несколько женщин (массовка), это жительницы села. Среди них Соломониха. Они нарядно одеты, причёсаны. Увидев происходящее, в ужасе застывают. Соломониха крестится. На сцене появляется Штекер. Он ничего не принёс, смотрит на людей, на упавший мост, на лице озабоченность.

ШТЕКЕР. А что, завозу в магАзин больше не будет?
КИРИЛЛ. Походу, нет.
СОЛОМОНИХА (всплескивает руками). Ой, люди добрые!.. Это ж мы сейчас могли утопнуть!..
СВЕТКА. Ой, мамочки!..
КИРИЛЛ. Лично я уже утоп…Сон какой-то!

Где-то вдалеке слышится крик: «Мост упал!.. Мост упал»! Люди в толпе испуганно переговариваются, переглядываются, показывают руками на остатки моста. 
На сцену выскакивает Вика. На ней подвенечное платье и тапочки, незавершённая причёска. Она в истерике смотрит на рухнувший мост, бежит к самому берегу. Следом появляется Зоя. Она тоже в нарядном платье и в домашних тапочках. На голове бигуди.

ЗОЯ. Держите её! Держите!..
ВИКА (оборачивается к матери, на лице – отчаяние). Его же к обеду починят?!
ЗОЯ (недоверчиво смотрит на мост, говорит неуверенно). Да починят, доча, починят! Куда денутся!
ШТЕКЕР. Само собой починят. Штекер – в гнездо, и все дела.
КИРИЛЛ (про себя с сарказмом). В аккурат к обеду…
МАРИНА. Только не раньше осени.
ВИКА (Обводит взглядом присутствующих). А сегодня?
ШТЕКЕР (с сарказмом). Хех!..
ВИКА (переводит взгляд на мост). Утоплюсь!

Из репродуктора вырывается музыка – бравый марш. Кулисы закрываются.


КАРТИНА ВТОРАЯ.

Двор дома Марины и Ивана. Палисадник, веранда, лавочка. К забору прикручен такой же громкоговоритель, как на берегу. На верёвке сушатся джинсы Кирилла, футболка. На лавочке понуро сидит Кирилл в штанах и рубахе с чужого плеча. Нога до колена забинтована. Рядом – чей-то костыль. Марина с телефонной трубкой от стационарного телефона нервно ходит по двору. Она в растерянности. Вокруг стоят, сидят Соломониха, Штекер, Зоя, Бобылиха, Светка. Могут присутствовать другие жители деревни (массовка).

БОБЫЛИХА. Марина, а ну, ещё послушай!
МАРИНА. Да сколько уже можно слушать. (Подносит трубку к уху). Всё та же тишина. Поздравляю. Вот теперь мы в полной изоляции.
БОБЫЛИХА. Надо было сперва на телевидение звонить. Пусть бы корреспондентов прислали. Глядишь, и до области бы дошло, как после прошлогоднего ремонта целый пролёт рухнул.
МАРИНА. А ведь я говорила! И Иван говорил! Нельзя было тяжести возить. И на мотоциклах нельзя было ездить!
ЗОЯ. Интересное дело, зачем тогда мост, если по нему передвигаться запрещено?
СОЛОМОНИХА. У милицию надо было поперву звонить, нехай бы усех подымали! Разобралися бы, кто виноват.
МАРИНА. Да я и позвонила сначала в полицию. Сказали – жертв нет, значит, не наша проблема.
ЗОЯ. Как это нет жертв?! Да я – первое пострадавшее лицо, если что! Готовила свадьбу, готовила, а теперь? К родной дочери на свадьбу вплавь перебираться?! У меня собственной яхты нет, и свадьба эта уже в копеечку влетела!
ШТЕКЕР. (Кивает). Как штекер в гнездо.
СОЛОМОНИХА. Ой, Зоя, молчи. Все продукты с магАзина взяты. Не на рынке куплены.
ЗОЯ. А магазину они что, даром достались?! (Загибает пальцы). Ящик шампанского на регистрацию купила, два ящика водки на второй день завезла, три ящика креплёного на опохмел припасла, поросёнка на сто килограммов заколола, три мешка картошки накопала, и это не считая платья!..
СОЛОМОНИХА (ехидно). А на что тебе, Зоя, опохмел, если вы в ресторан собирались?! В ресторане не сильно разгуляисси, и опохмела не надо.
ЗОЯ (подхватывает). Вот! Ещё и ресторан оплатила! А теперь жених – там, невеста – здесь, деньги на ветер улетели!
СВЕТКА. Да погоди ты голосить. Может, кто мимо будет плыть, перевезут вас на тот берег, попадёте в свой ресторан.
СОЛОМНИХА. А водку ночью продашь по двойной цене, отобьёшь и платье, и поросёнка. (Язвительно). Можа, ещё и на ремонт моста останется!
ЗОЯ (Прячет глаза, запинается). Что ты, соседка, такое несёшь? Я после двадцати двух спиртным не торгую! Только двадцать два пикнуло, замок на магазин, и – домой!
ШТЕКЕР. Как штекер в гнездо!
СОЛОМОНИХА. Так ты из дома и продаёшь. Весь район знает, где спиртное искать по ночам – у Зойки в Кузнечиках. Полчаса на мыцыцикле, и поллитра в кармане.
БОБЫЛИХА (скривившись). А тебе завидно! Что, за самогонкой больше не ходют?
СОЛОМОНИХА. Я ежели гоню, только для своих личных целей. Это ты, когда завмагом была, всю жизнь по ночам приторговывала, теперь дочь твоя переняла семейную традицию. Развели алкогольную мафию, управы на вас нету.
МАРИНА. Да перестаньте! Как вы не поймёте, беда у нас! Общая беда.

Небольшая пауза. Бобылиха и Соломониха стоят, гордо отвернувшись друг от друга.

ШТЕКЕР. Эмчемес надо было вызывать. Эти завсегда реагируют. Чуть что, по первому звонку – штекер в гнезде.
МАРИНА. И в МЧС звонила. Та же песня. Никто не пострадал, не наше дело. Звоните в мэрию. А мэрия выслушала про мост, говорят – спасибо за информацию, и как-то сразу отключился телефон.
ШТЕКЕР. Может, того?.. Штекер где выскочил?
МАРИНА. Всё проверила – провода целые.
КИРИЛЛ. Юбилей района, говорите? Тогда всё понятно. Столы накрыты… Геморрой с мостом никому не нужен. А тем более, если он числится после ремонта.
МАРИНА. Сколько жаловались, писали, звонили… И вот – результат.
КИРИЛЛ. Где ещё есть стационарный телефон? Школа?.. Больница?.. О, сельсовет!
СВЕТКА. Вспомнил! Да у нас давным-давно всё закрыто! И школа закрыта, и больница, и сельсовет на замке. И телефоны все поснимали. Только у Маринки с Иваном и остался.
МАРИНА. Походу, и у нас его больше нет. Хорошо, что успели передать информацию. Будем надеяться, что примут меры.
КИРИЛЛ.  Учитывая, что юбилей района будет праздноваться не один день, а ваш мост, по сути, никакого стратегического значения не имеет, прогноз с его ремонтом неутешительный.
ЗОЯ. Как это никакого стратегического значения? А магазин? (Говорит, подчёркивая собственную значимость). Да у меня двадцать шесть единиц пенсионного населения! Вот как я их должна обеспечивать товарами первой необходимости?
СОЛОМОНИХА (ехидно). Ты, Зоя, первой необходимостью Кузнечики давно снабдила. Водки и креплёного у тебя на месяц припасено. А там, глядишь, и мост заработаить!
ЗОЯ. Вам бы, Таисия Макаровна, язык укоротить сантиметров на тридцать! А то, что останется – в трубочку завернуть.
СОЛОМОНИХА. А чего я такого сказала?
СВЕТКА (Зое). Ты хоть здесь сама на себя работаешь. А мне в понедельник в смену. Как до города добираться, если что?
ШТЕКЕР. Опять же пенсия… Лично я наличкой получаю, потому как карточкам доверия нет. Мне мои законные на почту – вынь да положь… А почта-то – в городе!
МАРИНА. Да тихо вы. Выход сейчас один: ждать. И сохранять спокойствие. В конце концов, жених на тот берег подъедет, уж не останется равнодушным. А на том берегу и связь есть, и дорога, и до города всего пятьдесят километров…
КИРИЛЛ. Послушайте, а лодки?! Раньше в каждом дворе лодка была.
МАРИНА. Это раньше. А сейчас одна моторка на всю деревню – у моего Ивана. Но она на другом берегу. Вернётся завтра, всех переправит.
КИРИЛЛ (повторяет с сарказмом, истерически смеётся). Завтра! Вы даже не представляете, что для меня означает – завтра… Это приговор!..
МАРИНА. Я бы на твоём месте помолчала.
КИРИЛЛ. Да если бы я знал, что с мостом такая проблема! И сам чуть не утонул, ещё и мотоцикл не мой…
СОЛОМОНИХА. Это потому, что забыл родные места. Даже к бабушке на похороны не приехал. Ай-яй-яй!..
КИРИЛЛ. Что уж теперь. Столько лет прошло… Разве я думал, что вы до сих пор так живёте?!.. Ни связи, ни интернета, ни переправы… Ребята, двадцать первый век! Телевидение-то хоть есть? 
ШТЕКЕР. Этого – прям в избытке. Но тарелка одна на всю деревню. То рябит, то шипит, то заикается. То звука нет, то соображение плавает… Радио – оно надёжнее.
КИРИЛЛ. Пещерный век. (говорит нервно, требовательно). Слушайте, я всё понимаю, но лично я не могу ждать, пока кто-то вернётся, кто-то приплывёт, кто-то соизволит принять меры! Мне срочно нужно на тот берег. Хотя бы – позвонить. У меня огромная проблема, и счёт уже идёт на минуты.
МАРИНА. Не надо истерить. Мы все сейчас в одинаковом положении. 
СВЕТКА (с ехидцей, игриво). Что, Ворона, от жены нагоняй светит? Или от начальника? А, может, от любовницы?
КИРИЛЛ. Неважно. Но если я до вечера не попаду в город, вся моя жизнь полетит под откос.
ЗОЯ. Вот! А говорите, без жертв! Жертвы ещё будут!

Во двор вбегает Вика. Она в том же свадебном платье, но уже в фате и в белых туфлях на шпильках.

ВИКА. (Матери и бабушке). А вы чего тут расселись?.. Пошли на берег, сейчас Паша на ту сторону подъедет. Уж он-то что-нибудь придумает!
ШТЕКЕР (философски). Эх, близок бережок… А не дотянуться. Посмотрит Павел на вас всех издаля, посмотрит, да и покатит назад в город. Оторвётся штекер от семейного гнезда!
ВИКА (Штекеру). Он ради меня и океан переплывёт, не то, что эту речку!
БОБЫЛИХА (Штекеру). Ты своим штекером поменьше тута болтай. А то невзначай прикусишь!
МАРИНА. Да успокойтесь вы! (Вике). А ты никого не слушай. Паша твой ради тебя горы свернёт, не то, что реку осилит! (Многозначительно, бросив взгляд на Кирилла). И уж точно никуда не сбежит.
СВЕТКА. Да уж… Жениху теперь только яхту покупать или ждать, когда мост восстановят.
СОЛОМОНИХА. Если любит, дождётся!

Вика уходит со сцены, за ней семенят Зоя и Бобылиха. Следом собираются остальные. В этот момент слышится шипение радио. Все оставшиеся застывают на месте.

Звучит музыкальная заставка радиопередачи.

ГОЛОС ДИКТОРА. Добрый день дорогие радиослушатели. Горячие новости нашего района. Неприятный инцидент случился сегодня в деревне Кузнечики. Утром был незначительно повреждён мост, соединяющий деревню с остальной территорией нашего района. Сейчас на месте работают специалисты. Угрозы обрушения моста нет.
……………………………………………………………
……………………………………………………………..
Дорогие друзья! Те, кого заинтересовал данный сценарий, могут написать мне на электронную почту: ehvelina-p@yandex.ru
Невысокая цена – награда автору за его труд.
С уважением, автор: Эвелина Пиженко.