Как мы с моей любимой гулять ходили. Золя и Космос

Ну нарядился я в последний день в гимнастёрку немецкого пошива. Шинель без погон, прикинулся беглой немчурой. И взял бутыль молока и пол-краюхи хлеба. Лица на мне не было. Я был белый как полотно домотканое. Ребятишки меня целовали. Семь дней надо было спать в лесу подле тебя и глядеть твои дни по весне. Как бабулька сказала, дай бог ей молока в жизнь: Раскрытие - таинство Божие на Земле.
    Ну и папирос, мне в два кармана насыпали табаку. Так с газетой к тебе и пришёл. С лаконичным названием Правда. Один из первых выпусков был наш. Читали вслух. Так что на три ночи нам любви хватило. Моя нежность. А потом немчура твой пришёл. Злой, потому что они проиграли и в рабство никто никого не взял! И он мне тебя продал за пол-свиньи мясом недоваренной толком у ребят в шалаше. А я сказал, что я сам фашист отменный и раньше с тобою гулял, поэтому голос у тебя мой. Там в лесу я и научился петь и подстраивать его под твой от делать нечего, а может с тобою рядом.
    Любимая ты родила на морозе в 15 градусов. Зимой мне в подол шинели стоя. Я положил ребенка в тряпицу тёплую спел ему какую-то мелодичную немецкую песню. Мы прикинулись, облив малыша томатной пастой и перерезав пуповину, что я чужого котёнка пришил. И тебя на казнь привёл. Всё время прятал и пытался увезти тебя. Столько этой удали и отваги у нас тогда было. А малыша приняли в деревню. И он отменный командир он был в последствии.
    Хэппи энд.