На перекрёстках памяти. Квартирная аферистка

Продолжение. Начало здесь http://stihi.ru/2026/02/03/1533

В ЛЕНИНГРАДЕ. ПОДГОТОВКА К ЗАНЯТИЯМ

В Ленинград мне было необходимо прибыть в начале сентября, как мне сообщила секретарь кафедры Антонина Васильевна Анисимова, когда мы были ещё в Балаклаве. Причина - включение меня в план проведения учебных занятий, которые обычно начинаются с первого сентября. Приехав в Ленинград, я должен был после устройства в общежитии на Васильевском острове, Шкиперский проток, 5 сразу приступить к проведению занятий. Всё это, включая обустройство в общежитии, оформление различных документов в институте и, главное, ознакомление и подготовку материала для занятий, да ещё со студентами старших курсов заставило меня хорошо поволноваться и побегать.

Выручили товарищи и друзья по кафедре, в особенности Пётр Матвеевич Степанов. Он был аспирантом уже не первый год и ранее вёл занятия по тому же плану, по которому теперь должен был вести их и я. Петя всегда отличался старательностью и добросовестным отношением к любым делам, которые ему поручались и которые и впоследствии отличали его в научно-производственной деятельности.

Он аккуратно вёл свои тетради по подготовке к занятиям, делал в них необходимые записи расчётов примеров, приводимых на практических и лабораторных занятиях со студентами, нужные выписки из технической литературы и отраслевых статей. Он всегда делился своими заготовками на первых порах моего вхождения в преподавательскую деятельность. Он был и навсегда остался одним из лучших друзей, которому я искренне благодарен и обязан своим становлением в научно-педагогическом мире.

С его помощью и благожелательностью коллектива кафедры и конечно, уважаемого руководителя профессора Ф. А. Шамшева я довольно быстро освоился с аспирантскими обязанностями и понял, что научная деятельность - моя среда, попасть в которую я неосознанно стремился и не упустил появившегося шанса. За работу я взялся со всем рвением, на которое был способен. После производства, где у меня не было никакой возможности заниматься и следить за достижениями науки в своей области, и я стал отвыкать от технической литературы, теперь я с жадностью на неё набросился.

Но оставив семью в Яранске у родителей Лили, я стал искать пути, как взять в Ленинград Лилю с Андреем. Целиком всю семью мне было не потянуть, хотя в тот момент у нас были деньги, заработанные на Шпицбергене. В Крыму мы их не потратили. Но в Ленинграде на три года жизни с семьёй при моей аспирантской стипендии 100 рублей - их бы не хватило. Подрабатывать аспирантам-очникам в то время не разрешалось. Для приработка можно было использовать два отпускных месяца, что я и делал: один месяц работал механиком, кое-что зарабатывал и на эти деньги ехал в Яранск к семье и родным.

ПОИСКИ ЖИЛЬЯ ДЛЯ СЕМЬИ

Но я всё равно стал искать комнату или “угол”, где можно было поселиться с Лилей и Андреем. Старшую Лену предполагалось на это время снова оставить в Яранске с моей мамой, которая к ней уже привязалась и полюбила.

В какой-то начальный момент после прибытия в Ленинград на одном из собраний аспирантов, которое проводил Б. В. Бокий (к нему шесть лет назад меня прочили в аспиранты, но я отказался) - проректор по научной работе, я задал ему вопрос, нельзя ли женатому аспиранту поселиться в общежитии с женой. При этом по молодости, а больше по глупости, пылко пытался пояснить, что научная работа в таком случае будет эффективнее.

Ответ был коротким и отрицательным. При этом проректор добавил, что без жены я только выиграю в подготовке диссертации. Тогда в душе я даже обиделся. Правоту и мудрость ответа я понял и осознал значительно позже, когда все силы вкладывал в работу, не отвлекаясь на семью, и сделал её в срок и хорошего качества. Я так и не узнал, вспомнил ли Бокий студента, которому когда-то предлагал поступить к нему на кафедру в аспирантуру и появившемуся снова после шести лет работы в геологоразведке. Но я понял, что в том и другом случае мне повезло, что на жизненном пути я встретил мудрого и достойного человека. Чувство большого уважения к нему осталось у меня на всю жизнь.

ВСТРЕЧА С ВИЛЛИ

В поисках возможности перевезти в Ленинград Лилю и Андрюшу, расспрашивая друзей и знакомых по институту, я встретил одного хорошего товарища из своего выпуска Вилли. Он и его жена собрались уехать из города на продолжительное время и у них освобождалась комната. Вилли, по доброте душевной, пообещал мне уступить комнату на срок их отсутствия, но после разговора с женой сделать это отказался. Вероятно, сыграла свою роль боязнь, что мы можем завладеть жилплощадью, тем более что они нас с Лилей знали недостаточно, чтобы рискнуть сдать нам комнату.

СТИХИЙНЫЙ РЫНОК СДАВАЕМОГО ЖИЛЬЯ

Я стал искать жильё самостоятельно. Узнал, что в Малковом переулке существует стихийный рынок предложений и поиска жилья, где собираются люди, пытающиеся разными способами решить жилищную проблему. Там они ищут встречи с теми, кто может так или иначе им помочь.

Обычно контрагентами являлись сдатчики свободной или излишней площади. Туда я и направился под вечер в освободившееся время. Народ там толпился разный, и я стал расспрашивать, не знает ли кто сдающих комнату.

Потоптавшись среди людей часа два и ничего полезного для себя не выяснив, я уже было решил направиться к себе в общежитие, но тут встретил молодого военного. Он уже направлялся к автобусной остановке, вероятно закончив свои дела. Что-то заставило меня обратиться к нему с тем же вопросом: не встретил ли он кого-нибудь, кто сдаёт жильё. После паузы он ответил, что была там одна женщина, которая якобы могла сдать жильё по случаю отъезда. Он записал её адрес и может мне его сообщить.

ВСТРЕЧА С КВАРТИРНОЙ АФЕРИСТКОЙ

От радости, что появилась хоть какая-то зацепка, я его даже не спросил, почему он сам не воспользовался этой возможностью. Взяв у него адрес, на другой день я по нему поехал. Квартира была в доме на улице Астраханской, на правом берегу Большой Невки, недалеко от Сампсониевского моста.

Так, ничего не подозревая, я шёл на встречу с аферисткой большого масштаба. Подходя к указанному дому, я встретил моложавую женщину средних лет, одетую во всё серое и неброское. На вопрос, где находится квартира, указанная в адресе, она остановилась и внимательно рассматривая меня, спросила, зачем мне это нужно. Она оказалась хозяйкой этой квартиры на первом этаже дома.

Далее разговор пошёл по делу. Да, действительно, она сдаёт квартиру, так как они с мужем по договору уезжают работать на север; да, отъезд скоропостижный и потому квартиру нужно сдать как можно быстрее. Деньги хотя бы за полгода хотелось получить вперёд, так как они требуются для подготовки к отъезду. И всё в том же духе.

Я был настолько обрадован, что нашёл квартиру, куда могу привезти семью, и настолько наивен и доверчив, что даже не расспросил, куда и когда они едут, не предложил тут же составить договор об аренде жилплощади и заверить его в домоуправлении, по-моему, я даже не записал как следует ФИО хозяев квартиры.

Моё благодушие и доверчивость были усилены сообщением аферистки, что они завербовались на работу на север, где совсем недавно мы с женой работали на Шпицбергене и где приобрели стойкое уважение к полярникам. Я до такой степени был одурачен, что даже не стал настаивать на осмотре квартиры, так как она очень торопилась по делам и уверила меня, что я не должен ни о чём беспокоиться, так как с их отъездом всё решится днями.

Меня даже не удивило, что на мой вопрос, как мне ей позвонить, она коротко ответила, что позвонит сама в ближайшие два-три дня. После этого я выдал милой женщине плату за квартиру за шесть месяцев вперёд и радостный поехал к себе. Теперь я думаю, что был под каким-то гипнозом, от того, что мне говорилось, потому что поверил в честность говорящей. Желание услышать то, что мне хотелось, вызвало радость, которая усыпила бдительность. Я ещё не привык к большому городу, где лохи всегда наказываются за их простоту (читай - глупость). Таковым я себя, конечно, не считал, но никогда не мог избавиться от абсолютного недоверия людям.

Вернувшись в общежитие, я стал ждать сообщения о времени отъезда хозяев квартиры и готовился телеграммой сообщить эту радостную весть Лиле. Но время шло, прошло пять дней, а затем и семь, и у меня стали появляться сомнения, так ли всё хорошо, как я вначале себе представлял.

Не дождавшись звонка, я поехал к “милой” женщине сам. Она встретила меня со словами, что их отъезд задерживается в связи с заболеванием мужа, который попал в больницу из-за отравления (только что минули ноябрьские праздники). Поэтому она не стала меня беспокоить, так как через два-три дня муж поправится и всё разрешится, как было условлено.

Уезжал от неё в тот раз я уже с явным беспокойством, что дело неладно, но ничем себя не выдал. Прошло ещё несколько дней, но ничего не менялось. И тогда я решил снова к ней поехать и всё твёрдо выяснить. Я уже понял, что попался на удочку аферистки, и необходимо что-то предпринимать. Но сначала надо всё выяснить и постараться припереть обидчицу к стенке, чтобы обман был ясен. Ведь формально у меня против неё ничего не было, даже расписки на деньги, которые я ей в счёт платы за квартиру дал вперёд за полгода.

И тут мне помог случай. Подходя к её дому, я увидел выходящих оттуда двоих детей. Почему-то я был уверен, что это её дети и спросил из той ли они квартиры, в которую я иду. Они подтвердили. Памятуя, что дети, как правило, на вопросы без подготовки отвечают правдиво, я спросил, когда их семья уезжает. Они очень удивились и сказали, что никто и никуда уезжать не собирается. И тут из парадного показалась их мать. Взглянув на меня и на детей, она сразу всё поняла. Обманывать меня дальше было бесполезно. Да, сказала она, деньги она получила обманным путём, так как была в безвыходном положении, и отдать их сейчас не сможет. Пообещала, что отдаст потом. Я понял окончательно, что остался в дураках, молча повернулся и пошёл к трамвайной остановке.

ПЛАН НАКАЗАНИЯ АФЕРИСТКИ

Вернувшись в свою комнату в общежитии, я решил посоветоваться со своими друзьями - Петей и Чингизом, с которыми жил в одной комнате, как дальше поступить. Не так было жалко денег, как обидно, что попался на крючок аферистки по глупой доверчивости. Сначала решили, что нужно получить от неё подтверждение в получении денег в виде расписки, которую бы заверили в домоуправлении, а с ней уже обратиться в суд.

Было понятно, что у такой женщины постфактум получить расписку будет нелегко, и мы решили поехать к ней втроём первым трамваем, чтобы застать дома неожиданно. При этом условились постараться запугать её физической расправой, если она не подчинится нашим требованиям. Для этой цели лучше всего подходил мой друг Чингиз Джафаров, черноволосый горец-джигит с огненными глазами, готовый тут же устроить “секир башка”. Главным в задуманном сценарии была быстрота и неожиданность нашего появления и невозможность аферистки увернуться от нас.

ОСУЩЕСТВЛЕНИЕ ПЛАНА

Так мы и сделали. Рано утром, сев в трамвай, мы втроём были на месте. Войдя в дом и подойдя к дверям нужной квартиры, я позвонил. На звонок появился заспанный хозяин, муж аферистки. Я сказал, что нам необходимо видеть его жену.

Видимо, муж уже не в первый раз встречал “нежданных гостей”, потому что, обернувшись назад, он недовольно позвал: “Это к тебе...” и удалился. Через минуту-две в дверях появилась полуодетая аферистка. Не дав ей опомниться, а она при виде нашей троицы заметно испугалась, я приказал ей следовать в домоуправление для составления и заверения расписки в получении от меня денег.

По дороге она стала, видимо, соображать, как ей от нас избавиться и остановившись в каком-то коридоре, заявила, что ей надо в туалет. Я был начеку: “Никаких туалетов, только после оформления бумаги!”

После получения расписки, заверенной техником домоуправления, я сказал, что если она в ближайшее время деньги не вернёт, дело я передам в суд, а перед этим мы ещё к ней наведаемся, и для неё это без последствий не останется. При этом Чингиз так на неё посмотрел, что она почувствовала реальную угрозу. Конечно, мы блефовали, но угроза подействовала, и она согласилась отдать деньги через пять-семь дней, и чтобы до этого мы ничего не предпринимали. Итак, в этот раз мы добились того, что планировали.

ВОЗВРАЩЕНИЕ ЧАСТИ СУММЫ

Через пять дней я поехал за деньгами. Женщина так была напугана предыдущим нашим приездом, что отдала значительную часть суммы, но всё-таки не всю. Я сказал, что если в ближайшее время она не вернёт оставшиеся деньги, то ей придётся сделать это по суду. Всё-таки матёрая мне попалась аферистка! В суд я в конечном итоге обратился, но потом текущие дела захлестнули меня, и я стал забывать о потере денег. Одновременно с занятиями в институте я продолжал поиски квартиры.

ПЕРЕД СУДОМ. ВСТРЕЧА С ОБМАНУТЫМИ МУЖЧИНАМИ

Об аферистке напомнил мне неожиданный вызов в городской суд на Фонтанке. Явившись туда по повестке, я встретил в коридоре трёх мужчин, как оказалось, вызванных тоже в связи с аферами этой женщины. Один из них, пока мы ожидали начала заседания суда, рассказал мне, что он здесь уже не первый раз и судится, стараясь вернуть с аферистки выманенные у него деньги (по его словам, значительно больше той суммы, которую она получила с меня) за обещание “устроить” ему квартиру.

Меня поразила его наивность, но я, естественно, его поступок никак не прокомментировал. Ещё он поведал, что эта женщина замешана и в других квартирных аферах, но пока суд по тем или иным причинам тянется и результатов для обманутых простаков нет. И в этот раз, когда я пришёл, суд после длительного ожидания подсудимой тоже не состоялся и был отложен на неопределённое время вследствие, как было объявлено, из-за получения от обвиняемой справки о состоянии здоровья из-за “неожиданной” беременности.

Все разошлись, а я плюнул на это дело и решил больше на него не тратить времени. Урок был преподан хороший и на том спасибо. В дальнейшем я узнал, что суд всё-таки состоялся, аферистка была осуждена и отправлена в колонию, а деньги истцам будут перечисляться из её заработка в этой колонии.

Продолжение следует

На фото: Ленинград в 50-е годы.