Школьные годы в Сергеевке

Одна тысяча девятсот восемьдесят девятый год — я в школе опять,
Учусь на тройки, не могу на «пять».
Школа номер три в Оторвановке стоит,
А мне бы гулять — душа-то горит!

Вчера всем классом ходили мы вдаль,
Смотрели на платину — нашу красавицу-сталь.
Как устроена, зачем и куда течёт,
А я всё глядел, как ветер траву плетёт.

Мечтаю о велике — как у соседа вон,
Чтоб мчаться по улицам, забыв про закон.
Чтоб ветер в ушах, чтоб пыль из-под шин,
Чтоб чувство, что ты — не просто малыш.

Вчера в школу Дима принёс чудо-игру —
«Ну, погоди!» на калькуляторе, верю, не вру.
Все пытались пройти, до конца добраться,
А он обещал: «Кто пройдёт — тот увидит мультик!»

На переменах — кладыши, стук и азарт,
В надежде выиграть новый, собрать весь набор.
Гоночки — мечта, их так мало у нас,
Но я собираю, клею по порядку сейчас.

Мама дала обои, клейстер в стакан,
Я клею машинки — вот «Москвич», вот «КамАЗ».
А на повторные — снова в кладыши играть,
И верить, что завтра смогу всё собрать.

Старшеклассники ловят пробки от бутылок,
«Пепси-кола», «Буратино», «Дюшес» — как картинки.
Кто щёлкнет удачно, тот счастлив на час,
И носит с собой, как сокровище, глаз.

Вот так мои годы идут в школе той,
Где каждый день — маленький мир, небольшой.
Где смех на дворе, где уроки, где сны,
Где детство живёт, где нет взрослой вины.

Мечтаю повзрослеть, стать телемастером,
У папы есть паяльник, прибор со стрелкой.
Я буду чинить, я буду уметь,
И мир электронный смогу я прочесть.

А пока — перемена, звонок, суета,
И снова кладыши, и снова мечта.
И Дима с игрой, и ветер в окне,
И школа номер три — мой мир в тишине.

Оторвановка, Сергеевка, край родной,
Где всё так просто, где всё — со мной.
Где платина стоит, где речка течёт,
Где детство моё — и не уйдёт.

Годы пройдут, но я сохраню
Тот запах клея, тот смех, ту игру.
Тот великов звон, тот паяльник в руках,
Тот мир, где был счастлив — без лишних слов, без страха.

Одна тысяча девятсот восемьдесят девятый год школа, мечты,
Всё это я, всё это — ты.
Сергеевка, детство, северный край —
Ты в сердце моём, ты — мой вечный рай.


Рецензии