Многострочные рубайи и стансы

                I.

В твоём саду, весна,
Расцвёл любви цветок,
Где опьянит вина
Божественный глоток.
Пей сладостный нектар, 
Прикосновений
Гений; 
Приемли высший дар,
Целующий пророк.


                II.

Как лебедь на волнах,
Грудь заблистала вновь,
Путь словно сабли взмах,
Что проливает кровь...
Труди благую глубь,
В мир гурий
После бури,
Веди и приголубь
Меня, моя любовь.


                III.

Пусть мудрецы твердят: 
"Юдольный мир – обман".
Суть - сила Ци. Не ад –
Нежнейший океан.
С тобою визави
В блаженный
Миг священный
Я разглядел в любви
И Небо, и Коран.


                I.

Любви цветок – привет 
Весны, огня и грёз:
Грудь – радостный рассвет,
Что красоту вознёс;
Твои уста – родник,
Питают,
Утоляют,
Ты пахнешь в этот миг
Нежней молочных рос.


                II.

Любви цветок – вокруг
Пролил
Пьянящий свет,
Объятья – майский луг,
Луч сил:
Ни тьмы, ни бед.
Уста — речей недуг? –   
Сезам,
Привет,
Бальзам!
Их круг
Тепло-упруг –
Здесь нежности завет.   


                III. 

Друг, чувственность – сверхсад,
Где вечность расцветает.
Что речь твою, что взгляд
Дух солнца сам питает –
Им взяты
Сны. Самайн 
Гон
Грёз
Не обвиняет.
И вся' ты —
Тайна тайн,
Стон
Гроз
Росой пленяет... 


              Стансы

                1.

Она улыбается нежно-смущённо
И лёжа танцует, и смотрит наверх; 
Увидишь её – бьётся пульс учащённо.
Синица в руке и сверкающий стерх...

                2.

Ах, музыка! –  ритма влекущая бездна: 
Небесная синь, океанская глубь. 
Суть жизни нашёл? Забывать бесполезно.
Коль хочешь, как можешь, мечту приголубь.

                3.

Что монстры вселенной! Столь явная нежить
Лишь в силах растаять (лучам вопреки? – 
Те стали вначале чуть видимо брезжить, 
А ныне обильны что воды реки).

                4.

О люди, навечно младенцы и дети,
Пляс тьмы перепутав с балетом любви.
Чудовище, прячась в сверкающем свете,
С тобою сам-друг, тет-а-тет, визави.

                5.

Не ведаешь, что' рассказать о небывшем,
Но знаешь, где тайную суть отыскал.
О прошлом не просто поведать забывшим,
Где времени хищен столь нежный оскал.

                6.

И волосы гривой, густой и душистой,
И дивной деви'чьей бутоны груди. 
Мир-образ растаял в пыли золотистой, 
И лишь неизвестность поёт впереди.

                7.

Спеши, восторгайся, ликуй, улыбайся,
Смотри на рассветно-прекрасный июнь,
В чудесно-земном никогда не раскайся
И на одуванчик чарующе дунь.

                8.

Что нынче свершится, то будет в итоге.
Пришла благодатная Божия весть,
Но кровь и позор на небесном пороге.
Второе ж Пришествие – страшная месть.

                9.

Кто сильно любил, сможет тот ненавидеть. 
Не в древнем значении. Холоден гнев.
И ту, что хотел, защитив, сердцевидеть,
Теперь покарает, едва овладев.

                10.

Творец отвернулся от тёмных во злобе – 
Те смотрят в холодную пропасть небес.
Так, может быть, дико бывало Ниобе,
Когда попустил ей страданье Зевес.

                11.

Всё – ширма, единый сокрывшая корень.
Нездешняя музыка, рядом звучи –
Инсайт Персефоны Астарте покорен:
Душа растворилась в радушной ночи.

                12.

Ничто не забыто, но рядом забвенье –
Аид расклубился туманами рек:
Века единятся, смыкаются звенья,
И русским вполне предстаёт древний грек.

                13.   

Но чаша Сократа с пещерой Платона,
С его андрогинно-двуспинной мечтой
Не сдержит наш мир наподобье пантона – 
Уйдёт Атлантида с большою водой.

                14.

Поэт, ты – собрат легендарной Сибиллы,
Ты дышишь отравой из сумрачных недр, 
Гуляешь волной от Харибды до Сциллы,
Спасаясь, коль ветвь протянул тебе кедр.


                15.

Ахайя безумна, инферноплохея.
Все стрелы свои расстрелял Аполлон.
Так сможет ли юная дева Психея 
Помочь тьме растлённых содомами лон?   

                16.

К чему задушевные здесь разговоры,
Когда, не стихая, бушует гроза?
Развратны и наги недевы Гоморры –
Бесстыдною страстью сверкают глаза...