Барсик

Воспоминанья гонят сны;
Еще задолго до войны
Жил этот пес в дому у нас
По кличке Барсик или Барс.
По масти средь собак был избранный,
Будто чернилами забрызганный.
Лежал обычно у крыльца.
Был ласков, но любил - отца.
Услышит только: "Барс, Никола"
И он бежит уже веселый
Навстречу, прыгая вокруг,
Приветствуя его, как друг.
Целует грязной мокрой мордой.
- Пошел противный, егоза!
А он садится рядом гордый!
И смотрит преданно в глаза.
Ушел наш папа на войну,
И Барсик понял, что ему
Придется долго ждать и ждал.
Даже во сне порой вздыхал,
Он тяжело, как человек.
Скулил тихонько, из-под век
Слезу ронял и вместе с нами голодал.
Вдруг на дорогу выбегал
И выл печально, будто звал.
А если почтальон придет -
Письмо от папы принесет,
То он будто с ума сходил:
Визжал от радости, юлил.
Как человек - все понимал,
Веселый в избу к нам влетал
И лаял, и вокруг скакал!
Братишка пошутил с ним разик:
"Пришел Никола, Барсик, Барсик!"
Тот бросился к воротам, взвыл,
Скреб лапами - и вдруг застыл,
Так укоризненно взглянул,
Упал и лапы протянул.
Лежит и глаз не открывает.
Что с ним? Наверно, мама знает!
И мама тут же прибежала,
Погладив, горестно сказала:
"Ой, все, ребятки, умирает..."
Мы, как могли, его лечили,
Пиджак отцовский постелили
И от соседей молока
по полстакана приносили.
Сначала он чуть-чуть лакал
И морду под пиджак совал.
Наверно, запах ему папу,
Хоть чуточку напоминал
И так, тоскуя, засыпал.
Потом совсем есть перестал,
Взгляд глаз собачьих помутнел,
Лепешки из травы не ел.
Когда шел мимо почтальон,
Тогда скулил протяжно он...
И день, наверно, на шестой
Вдруг встал, завыл, вильнул хвостом,
Лизнул шершавым языком,
Пиджак отцовский на прощанье,
Теряя, видимо, сознанье.
Упал, скрестив недвижно лапы
И умер, не дождавшись папы.