Мурави

В ту ночь не кричали ни двери, ни стены,
и ветер не бился в стекло.
Лишь тень в коридоре росла постепенно,
как будто ждала своего.
Свет лампы качался устало и криво,
как пламя на мокром угле,
и что-то во мне оборвалось тоскливо —
и стало темней на земле.

Я помню не звук — я запомнил дыханье,
что стало вдруг слишком чужим.
Я помню не боль — а пустое молчанье,
где мир оказался другим.
И если бы можно вернуть хоть мгновенье,
я б крикнул, я б дверь распахнул…
Но дом опустел без борьбы и сомненья,
и воздух в груди утонул.

Мурави — ты вырос из мрака,
из нитей, из шёпота, страха и знака.
Мурави — ты сшит из теней,
из детских ночей и беззвучных огней.
Пока я молчал — ты становился живым,
пока я дрожал — ты казался святым.
Но если я выживу, если смогу —
я имя твоё без страха скажу.

Из старого свитера, запаха лета,
из выцветших маминых снов
я вырезал форму немого ответа
на то, что не выразить слов.
Игла проходила сквозь ткань и сквозь сердце,
стежки оставляли следы,
я шёл, словно странник по мёртвой инерции,
сшивая разрывы судьбы.

Твои пуговичные чёрные очи
смотрели сквозь стены и дни.
Ты знал мои страхи без лишних пророчеств,
ты жил там, где гасли огни.
Ты был не чудовищем, не привиденьем —
ты был моей тихой стеной,
ты рос на моём незаметном сомненье
и стал моей тенью родной.
Мурави— ты вырос из мрака,
из нитей, из шёпота, страха и знака.
Мурави — ты сшит из тревог,
из детских дорог, что забыть я не смог.
Ты стал моим голосом вместо меня,
ты стал моей ночью без света огня.
Но если я встану и страх отпущу —
я имя твоё без дрожи скажу.

Но ночь не вечна — и дом изменился,
и стены вздохнули едва.
Я вдруг осознал: я не ты. Я не слился.
Ты — форма. А я — голова.
Ты вырос из боли, из пустоты,
но я — это больше, чем шов.
Ты был моей бронёй от темноты,
но стал из неё же основ.

И если ты шепчешь во мраке устало,
и если ты тянешь назад —
я знаю: не ты это начал сначала,
а мой нерешительный взгляд.
Я выйду из круга, я разомкну стены,
я разорву чёрную нить.
И пусть ты исчезнешь без крика и пены —
я сам научусь дальше жить.

Мурави — ты был моей тенью,
моим отраженьем и горьким спасеньем.
Мурави — ты был моей болью,
но стал моей волей, стал силой и ролью.
Я вырос из страха, я вышел из тьмы,
я больше не прячусь за стены и сны.
И если ты рядом — ты просто внутри,
как память о том, кем мы были в тиши.