В объятьях ночи, где мерцает звездный прах...

В объятьях ночи, где мерцает звездный прах,
Она стоит, живая, сотканная из дыханий,
В глазах её – созвездий вечный, дальний страх,
И в тишине – невысказанных ожиданий.
Не пленница, но гостья, у края бытия,
Где мысль, как шелковая нить, дрожит, неслышна,
И каждая ресничка, влагой заблестя,
Таит в себе галактик вечная весна.


Её душа – кристалл, омытый лунным льдом,
В котором отразились миражи рассветов,
И грусть её – вуаль, сотканная сном,
Скрывая тайны тысячи, ушедших заветов.
Она – молчание, что громче всяких слов,
Слагает песнь беззвучную, тоскующую, нежную,
Как эхо позабытых, заповедных снов,
Что будят в сердце тайну, светлую, безбрежную.


Она – мелодия, что в воздухе висит,
Застывшая в аккорде, трепетном, чарующем,
Её душа – загадка, что вечностью манит,
Зовет в свои просторы, манящие, бушующие.
Её улыбка – проблеск, мимолетный, скользкий,
Как россыпь жемчугов на бархате небес,
И в одиночестве её – огонь неброский,
Что греет душу, сквозь безмолвный этот лес.


Она – цветок, раскрывшийся под взглядом звезд,
В туманах тайны, в дымке легкой, невесомой,
И каждый вдох её – созвездий дивный рост,
Что озаряет мир, извечный и знакомый.
В ней – сила тишины, что мир преображает,
В мерцании зрачков – планеты кружат вальс,
И сердце, словно птица, в высь её витает,
Стремясь достичь того, чего нельзя познать.


Мне кажется, я вижу, как ткань её платья
Плывет, как облако, под ветром незнакомым,
И в пальцах тонких – словно сила восприятия
Соединиться хочет с этим миром сонным.
Она – предчувствие, предвестье новолуний,
Волшебный бриз, что гонит мысли из груди,
И в глубине её – бездонных, лунных сумерек
Скрывается вся жизнь, и всё, что впереди.


Пусть образ этот будет вечностью храним,
Как отзвук совершенства, как тонкий звон кимвалов,
Она – звезда, что сердцу станет дорогим,
Затерянная в снах, средь бесконечных залов.
И каждый вздох её – как трепет крыльев мотылька,
Что ищет свет и жаждет раствориться в нем.
Она – поэзия, что льется из века,
Запечатленная в мгновении большом.