Народ зажат в тиски, хрипит от фальши,
Ему рисуют волю всё наглей.
Но те, кто не пошел строями дальше,
Гниют в тени тюремных этажей.
Рассудок плавится, сменяясь диким воем,
Во мраке грезится свободы тонкий штрих.
Пока другие, числясь в поле воином,
Вещают в блицах студий дорогих.
В Дубае, в Ницце, в ярком свете грима,
Они твердят про совесть и рубеж.
Но их черты проходят мимо,
В потоке слов и выцветших надежд.
Их лиц не вспомнят, имен не назовут,
Они — лишь шум в эфире бесконечном.
А здесь — конвой, железо, скорый суд
И тьма, что кажется теперь уж вечной.
Грозят ножом, кромсают плоть и слух,
Лишают сна и каменных подушек.
Здесь гаснет взгляд, надломлен дух
Под свист невидимых, но точных пушек.
И тот, кто выл в СИЗО, теряя смысл,
Остался правдой, выжженной на коже.
А блеск экранов — лишь пустая мысль,
Что никому спастись не подытожит.
Суррогат воли
© Copyright: Ава Бёрк, 2026
Свидетельство о публикации №126021605652
Свидетельство о публикации №126021605652
Рецензии