Страхомымра и группа антивыпендрон

В одном шумном районе, где из окон доносились звуки Guitar Hero, Doom и Counter;Strike, жила девушка по прозвищу Страхомымра. Прозвище прилипло намертво — и не только из;за внешности. Характер у неё был, как босс на последнем уровне: злой, капризный и беспощадный.

Страхомымра вообразила себя королевой района. Каждый вечер она высовывалась из окна и требовала от местных парней:

серенад под гитару (и чтобы без фальши!);

сонетов в стиле пиксель;арт;поэзии;

портретов — желательно в стиле Minecraft, но с ретушью, чтобы «не как в игре, а по;настоящему красиво».

А если кто;то отказывался или делал не так, как ей хотелось, — получала порцию отборного мата и угроз отправить в вечный бан. Но на этот раз она пошла дальше: начала насылать проклятия.

— Чтоб вам пусто было! — кричала она вслед отказавшемуся играть серенаду парню. И у того сразу сломалась гитара — струны лопнули одна за другой.
— Чтоб вас чесоткой покрыло! — заорала она на мальчишек, которые посмели посмеяться над её причёской. И на следующий день у тех появились зудящие волдыри по всему телу.
— Чтоб у вас зубная боль началась — не на один день, а на месяц! — прошипела она продавцу в ларьке, отказавшему ей в кредите. И уже к вечеру у мужчины разболелся зуб так, что он не мог ни есть, ни спать.

Однажды в разговоре с соседкой, которая носила крестик, Страхомымра, увидев икону Христа, презрительно бросила:
— Да это просто картинка для быдловеров! И вообще, этот ваш Христос — содомит!

Соседка побледнела и перекрестилась. А на следующий день в районе начали шептаться: что;то пошло не так.

И вот однажды слухи о Страхомымре дошли до легендарной группы «Антивыпендрон» — рокеров;геймеров, которые могли и Риффы выдать, и в CS всех вынести. В составе:


Димон — гитарист с причёской, как у персонажа из Final Fantasy, и навыками взлома чит;кодов.

Алексон — вокалист и Бас-Гитарист, чей голос и Бас пробивал динамики даже на самых дешёвых колонках.

Андрон — барабанщик, который мог сыграть соло быстрее, чем кто;то перезарядит виртуальный автомат.

Решили парни: хватит это терпеть. Собрались, настроили гитары, подключили портативную колонку с басами на максимум и встали под окном Страхомымры.

Димон дал вступительный Рифф, Алексон взял микрофон, и они грянули на мотив песни Чумакова и Панайотова «Необыкновенная»:

Звёзды перед тобою тускнеют?!
Нет второй такой в мире?! АГИИ??!!
Ты от ужаса оцепенеешь,
Только в зеркало раз посмотри!

Весь твой мат, твоя злость, твоя рожа —
Это сущий «кошмар наяву»!
Как тебе даже думать возможно
Что подобна ты, мол, божеству?!

Припев:
Ты такая зленная,
Да ещё — страшенная!
Обвисшая толстенная
Пердень твоя!
Сиськи — огроменные,
Пиво глушишь пенное,
Как валенок, тупенная,
И о том пою — не только я!

Кто ж тебя там хоть раз поцелует,
Если пасть – пахнет, как унитаз!
Да тебя, страхомымру такую,
Только скримером в играх – как раз!
Это кто же все дни и все ночи
Вдруг тебе посвятит лишь одной?!
Только тот, кто вконец озабочен
Иль бездомник со свалки какой!


Ты такая зленная,
Да еще – страшенная!
Обвисшая толстенная
Пердень твоя!
Сиськи – огроменные,
Пиво глушишь пенное,
Как валенок, тупенная,
И о том пою – не только я!

Закончили они песню мощным финальным Аккордом. Страхомымра стояла у окна, красная, как пиксельный демон из Doom.

Димон подошёл ближе к окну, поднял Гитару и громко сказал:
— Эй, Страхомымра! Как тебе не стыдоба? Даже мы, парни, во столько лет — и то не материмся вообще. А ты — молодая девушка, а ещё и куришь, и материшься, как мужлан из GTA: San Andreas! Может, пора меняться?

Тут к ней подошёл Алексон и добавил:
— Знаешь, Страхомымра, умней и успешней кого бы ты ни была — это не повод для гордыни. Ведь человеку всё дано от Бога: и ум, и талант, и красота. Человеку нечем хвастать — без Бога он никто и ничто. Гордыня — это самый страшный вирус, хуже любого чит;кода. Она ломает не только других, но и того, кто ею заражён.


Андрон кивнул:
— Ты думала, что ты королева, а на самом деле — просто понтодавка.

И тут случилось то, чего Страхомымра не ожидала.

Ночью ей приснился сон. Перед ней стоял Сам Христос — не картинка, не миф, а живой, с глазами, полными любви и скорби. Он тихо сказал:
— Ты унизила Меня словами, но Я не стану наказывать тебя гневом. Я дам тебе испытание смирения. Помни: Бог поругаем не бывает. Даже если человек думает, что может оскорбить Меня безнаказанно, — он ошибается. Последствия придут не от Моей мести, а от самой природы зла: оно разрушает того, кто его сеет.

На следующее утро Страхомымра проснулась и обнаружила, что не может говорить — ни браниться, ни требовать, ни проклинать. Голос пропал полностью. Она попыталась закричать — но изо рта не вырвалось ни звука.

В панике она выбежала на улицу, жестикулируя, но люди отворачивались — они больше не боялись её проклятий. Наоборот, теперь она выглядела беспомощной.

К ней подошла та самая соседка с крестиком и тихо сказала:
— Видела сон? Христос дал тебе шанс. Молчание — это дар. Пока ты не научишься слушать других, ты не сможешь быть услышана. Пока не научишься любить, не сможешь быть любимой. И помни: Бог поругаем не бывает — Он выше оскорблений. Но тот, кто их произносит, теряет самого себя.

И что;то в ней щёлкнуло.

Несколько дней Страхомымра молчала. Она начала замечать то, чего раньше не видела: как мама плачет, когда её никто не видит; как мальчишки во дворе рисуют ей тайком портреты, хотя она их обижала; как солнце светит одинаково и на добрых, и на злых.

Когда голос вернулся, она не стала браниться. Она подошла к «Антивыпендрону» с коробкой пиццы и впервые в жизни сказала «простите».
— Ладно, — сказала она. — Вы правы. Я была… ну, той самой Страхомымрой. Но теперь хочу стать другой. И… я хочу снять все проклятия. Помогите мне.

Алексон улыбнулся:
— О, у нас как раз есть идея для нового никнейма. Что скажешь про Джойстик Rose? Звучит по;Геймерски, но красиво.

Она задумалась, потом кивнула:
— Джойстик Rose… Мне нравится.

С тех пор всё изменилось:

Джойстик Rose перестала требовать серенад и перешла на Spotify — теперь сама слушала рок, особенно «Антивыпендрон».

Бросила курить, а мат заменила на игровые фразы: «лаг», «нуб», «чит;код».

Начала рисовать пиксель;арт — но уже не для себя, а для местных ребят.

Создала свой клан в Minecraft под названием «Rose’s Realm» и стала там администратором — без банов за пустяки.

Иногда присоединялась к «Антивыпендрону» на репетициях: сначала стеснялась, потом научилась играть на синтезаторе, который издавал звуки 8;bit.

Научилась снимать проклятия: если у кого;то ломалась техника, она чинила её, напевая новую песню — «Прощение в битах». А если кто;то болел — приходила с чаем, мёдом и добрым словом.

На стене в её комнате теперь висела и икона, которую она когда;то оскорбила, и собственный рисунок: пиксельный Христос с улыбкой, протягивающий руку пиксельной девушке. Под рисунком она аккуратно вывела: «Бог поругаем не бывает».

А группа «Антивыпендрон» стала местной легендой. Их песню крутили на всех вечеринках, а в Minecraft построили памятник: три пиксельных фигуры с гитарами, барабанами и колонкой на максимальном басе. Рядом поставили четвёртую фигуру — Джойстик Rose с синтезатором, из которого вылетают ноты;пиксели.