Григорий Распутин

Драматургия

«Я – человек – посланный брат вам
 И преданный Богу» - Распутин Г.



ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ


Всё - суета и тлен земной,
Трава буреет, выцветает,
Снег обязателен зимой,
Календари года листают.
Действительность страны родной:
Имперский дух увял весной,
Лишь Бог события все знает,
Историк в них не догоняет,
Одни качают головой:
Былое из веков хромает
И ясности не добавляет,
Другим мешает знаний рой.

Век девятнадцатый, Сибирь,
Покровское село, слободка,
Вокруг - леса, России ширь,
Крестьянский быт тяжёлый, кроткий.
На берегах реки Туры
В Покровском - из крестьян дворы,
А также церковь на приходе,
Кожевенный лабаз по моде.
Среди хозяйств - Ефима сруб,-
По январю сынок рождён,
Он Гришей назван, окрещён,
Малец смышлёный не был груб.

Иной раз было на селе,-
По прозвищам звались крестьяне:
"Роспута", "перепутие",
разнились кличками селяне.
Распутный образ - не при чём,
Кого-то звали "калачом",
других прозвали просто: "ляпой",
На прозвища народ - богатый.
Так за Ефимовым крыльцом
Слог укрепился: он - с роспутья,
На прозвища мудрёны люди,
Ефим держался молодцом...


ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

Родословная и фамилия Григория

Григорий - сын от малых лет
На лесосплаве и извозом
Работал, завещал так дед,
И летом и зимой в морозы.
В трудах к молитве научён,
Усталость парню - нипочём,
С усердьем выполнял  поклоны,
Пахал, не ведая препоны,
а сам при этом рассуждал:
"оводья, комары - созданья,
от Бога нам меньшие братья,
Бог всех нас разными создал".

В ревизских сказках вписан род,-
Изосим Фёдора был сыном,
С женою и детьми живёт,
Они: Евсей, Насон с Семёном.
"Роспута" - звался так Насон,
детьми не был обременён,
сын народился, звать - Ефимом,
в семье стал отроком любимым,
а внук был Гришей наречён,
с рожденья мальчуган смышлённый,
и в православие влюблённый,
Евангелие ведал он.

Напомнить случай здесь должны,
когда Григорий стал известным,
До выдуманной в нём вины
к царю стал вхож, как это лестно,
царевич юный Алексей,
из откровенности своей,
о нём воскликнул: Новый, Новый,-
стал он наследнику знакомым,
как сына мальчика любил,
оберегая от ушибов,
в неблаговидности мотивов
наследника он не корил.

Становление известности

Привычным было мужикам,
(Явленье есть и в наше время),
Ходить артелью по весям,
Чтоб прокормить свой дом и семя.
Известны в этом бурлаки,
О них болтали старики,
Другие в печниках годились,
Или избу срубить трудились.
Григорий тоже пропадал,
Но больше по скитам, приходам,
Молился по утрам с восходом
И святость в службе обретал.

О нём в те дни пошла молва,
Мол, он в молитвах близок к Богу,
Что, как Евангелист Фома,
Он знает к святости дорогу
И может исцелять людей,
Врачует просто, без затей,
Копейки даже не попросит,
А хворь молитвенно выносит.
Прознали люди: стар и мал,
Народ болящий потянулся,
Григорий исцелял, старался,
Известным по Сибири стал.

Платили люди за труды,
Григорий дом на них построил,
Приводит зависть до беды,
Талант всяк злости удостоен.
Молва людская, зависть с ним,
Не видно это молодым,
У юных лет одни забавы,
Но рядом прячется лукавый.
Мудрёность в нас не обмануть,
На суету и на злословье
Молитва есть, а не дреколье,
Собаки лают, труден путь.

Тобольский* номер поместил
Статью о нём и благодарность:
Григорий Новый – с добрых сил
В нём от небес благая данность!
В родном селенье, в слободе
Распутина признали все;
Дал средства храму на постройку**,
Подсвечников для службы – тройку,
Наперсный золочёный крест
Был передан – его подарок,
В сиянье крест был светел, ярок
Об этом знали все окрест. 
* - газета «Тобольские Епархиальные
       Ведомости» , 1 июля 1908 г.
** - «Заключение Тобольской Консистории»,
       За 1912 год.

И доброта прошла не зря,
Его в селе благодарили.
Когда же сбросили царя,
Распутина дом – обносили,
Разграбили, что было в нём,
А кое-что пожгли огнём,
Народец наш неблагодарный,
А кто украл,- тот безымянный…
В верховьях у реки Туры
В монастыре Старо-Никольском
Мощами в раке Верхотурской
Григорию узреть даны
Небес святые откровенья,
Духовные благодаренья.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

Паломничество

В молитвах он переменился,
От Верхотурья был Афон,
В Иерусалиме он селился,
Где Гроб Господний освящён.
О впечатлениях делился,
Что посетил и где молился,
Григорий бросил пить, курить
И с крепким словом говорить.
Мир изменить он был готов,
Небесный светоч он лелеял,
Во славу Бога путь отмерил
От двадцати восьми годков.

Григорий Распутин о Иерусалиме:

   Что я реку о той минуте,
   Когда у Гроба у Христа
   Почувствовал, вы мне поверьте,
   Любить готов, душа чиста,
   Людей, все видятся святыми,
   Любовь: нет недостатков с ними,
   В духовности мы все равны,
   Безгрешны все, в них нет вины.

Вокруг него в селе Покровском -
Единомышленников круг.
Селяне в возрасте, подростки
Псалмы, молитвы пели вслух.
Уже Священное Писанье
Григорий ведал с пониманьем,
Он мог об этом рассуждать,
И верно главы толковать.
Но жизнь монахов он не принял,
Жизнь в кельях он не одобрял,
Пути такому он не внял,
Ему не виделся единым.

Он признан странником иль старцем,
Вне церкви - это не монах,
Что исключалось в иностранцах,-
Их много в разных именах.

Однажды Фёдор Достоевский
О старцах вот что написал*:

    Берущий души – это старец,
    Возьмёт он волю, как свою.
   Избрав же старца, - не вздохнуть,
   Душою стали в его воли…
   Но послушанье с отрешеньем
   Не то, что монастырский путь…
      * - «Братья Карамазовы» ( фраза недословна)

Начало двадцатого века

С началом века – перемены,-
Приехал старец в Петербург
С письмом владыки из Казани,
Представлен Сергию, как друг.
А Сергий* был в то время ректор
И академии директор.
** - Сергий (Страгородский)
       с 1943 года – Патриарх Московский
       И Всея Руси (1867 – 1944)
В кругах церковных иерархов
Узнали многие его
При необычности талантов
В суждениях святых всего
Из книг Библейского завета,
Что в древности кануло в лету,
Григорий мудро излагал,
К себе душой располагал.
Из академии инспектор
В архимандритах – Феофан,
Он в благочестье нёс свой сан,
Проникся к праведнику верой.
Узрел в сибирском мужике
Носителя особой силы
И веры, данной вдалеке
Из мест святых, так сердцу милых.

Духовник царский Феофан
Привёл Григория на встречу:
Великим князем завтрак дан:
Пётр Николаевич с Милицей*.
Великокняжеской чете
Распутин молвил мысли те,
Что тронули в Афоне,
На храмовой горе в Иерусалиме…
** - Великокняжеская чета:
        Пётр Николаевич и
        Его жена Милица Николаевна,
        черногорская принцесса.
За чаем старец говорил:

   К святым местам прошёл полгода,
   Еду с постоем я просил,
   Брёл от зари и до захода.
   С молитвой мне хватало сил,
   А вера в сердце и природа
   Мне помогали все полгода.
   Питался тем, что Бог послал,
   Увидеть святость я мечтал,
   Шёл в Вифлеем я из России
   С поклоном, где Христос рождён,
   Душой своей в него влюблён,
   Дары приносят для  мессии…

Царь вскоре старца кратко принял,
И, как паломника спросил,
Распутин, словно бы предвидел,
Царю иконку подарил.
По осени шестого года,
Когда увяла вся природа,
Царь старца вновь к себе позвал
В беседе с ним не уставал.
А откровения с речами
Пришлись по нраву для царя,
И венценосец, не тая,
Воспринял их необычайно.

Под впечатленьем от беседы
Царь рекомендовал
Петру Столыпину к обеду,
Чтоб он Распутина позвал.
И встреча эта состоялась,
Известность в старце укреплялась,
Распутин вхожим стал к царю,
Судьбу же знал уже свою,
Столыпину в глаза предрёк:

   Убьют тебя, злым будет рок,
   А за тобой и я уйду,
   Беда случится на роду…   
 

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

«Исчадие ада»

В столице старец – тема сплетен,
От истин слухи далеки,
Распутин всюду интересен,
В салонах шепчут старики
О нём сплошные небылицы,
Что вхож он в будуар царицы,
Он в высшем свете - всюду свой,
Крестьянский сын, но не простой.
Он, молвят: маг и исцелитель,
Что пол-России обошёл,
Был в чародействе обвинён,
Знамений редких он свидетель.

Одна из фрейлин – внучка поэта,
Её дед Тютчев всем знаком,
Желала знать княжон* секреты
С сибирским странным мужиком.
Без уваженья отзывалась,
Распутину, ох-как досталось,
Ему вменялись все грехи,
Что человечеству близки.
* - царственные особы.

Древнейший род из Долгоруких
В Москве представлен в двух князьях:
Пётр с Павлом – близоруки,
Не дальновидные в делах,
К особам царским - нетерпимы,
Считали, что судьбой хранимы,
«Свободомыслия» полны,
Не ведали своей вины,
Что террористов поощряли
И надсмехались над царём,-
«Один раз на земле живём»,
Свой рок тем самым приближали:
Взойдёт Звезда Переворота,
Россия ввергнется в болото.

Распутин за царя молился,
Всё видел старец наперёд,
Переворот в стране случился
Шёл гибельный водоворот,
Сменились прежние устои,
Анархия  в стране, изгои
Вершат в безвластие дела,
В пучину канула, ушла,
Имперский дух, её порядок
Исчез навеки, навсегда,
Разруха правит и ЧеКа…

Но прежде был убит Столыпин,
Других талантливых сынов
Россией горький жребий выпит,
Врагам на радость путь таков.
Страна умыта кровью правой,
один из первых – старец бравый,
обманом был он приглашён
и в час свой смертный обречён…

Февраль, март 2026 г.