Доверие авансом. Здесь и сейчас

Взгляд ещё минуту оставался на уже тёмном экране телефона.

Почему всё так?
Люди. Кто же ещё. Но кто?
Когда и кому я доверие выдал авансом?
Старею... К чёрту сентиментальности, их не может быть во мне в принципе.
 
Александр сохранял молчание и погрузился в процесс аналитического размышления.
Поиск причинно-следственных связей между событиями не составил особого ожидания с формулированием логических для себя вопросов, направленных на поиск ответов и собственного мнения о ней.

Чувство и настроение сейчас должны замолчать, пока я думаю, — сказал он себе жёстко, — только холодный разум, собственные мысли, люди, события, выводы, интуиция.
Заноза сомнения в окружении застряла в сознании давно ведь и оставалась уже болезненной в виде незначительных событий, как бы с первого взгляда, но уже повторяющихся в различных вариантах, которые блокировали наш единственный путь к встрече.
Кому я выдал доверие авансом?
Почему-то именно эта фраза сейчас резала по живому — самая простая,
даже слишком, фраза как заноза застряла в голове и уже раскрывалась формулой.

Александр зашёл в комнату у входа, в которой горел камин, и неожиданно для себя почему-то произнёс: «А она, заноза, в совести моей», — и, смотря на огонь, оставаясь ещё в подтексте разговора, перешёл к поиску ответа,
при этом подумав мимолётом: «А есть ли она у меня, эта совесть?»
Глубоко вдохнул... Мысли опережали вопросы.
Для меня важно оставаться собой, вот что точно.
А то придумали слова для общества: совесть, честь и другие... Безусловно, они знаковые и важны для общества в целом, но людей таких с сердцем и верой я мало встречал.
И много ли их ещё в нашем 21 веке, где главным словом и знаковым стало слово «деньги»?
Да уж, такие размышления точно уводят от первичного вопроса: «Так почему же всё так?». Но мысль продолжала ещё свой ход...
Для кого-то «деньги», а для кого-то ещё и слово «совесть и честь» первично.
Хватит об этом.
Хватит! — разозлился он на себя
и резко выпалил: «Для меня важно быть собой. Точка».

Камин исполнял свой вокал — резкий
взгляд на огонь немного смягчил его эмоциональный гнев.
В этот момент к дому подъехала машина и остановилась, зазвонил домофон, это была она.
Заходи, — сухо сказал он.
Камин исполнял свои последние аккорды и не влиял уже на его сдержанность.