Давай, копай!

Трасса вползала в игольное ушко зарева.
В салоне, пропахшем бензином и прошлым, как вера
В чужую вину, мы качались вдвоём — я и совесть,
Завёрнутая в целлофан на заднем сиденье.
Товарищ молчал. Он умел молчать так, что слово
Казалось изменой. Асфальт под колёсами пел
О том, что любая дорога — преддверье предела.

Вчера в «Причале» (название лжёт, как и мы)
Этот плотник, пропахший смолой и мольбой,
Заявил участковому, тыча в меня:
«Он торгует не порошком — он торгует тюрьмой».
Я помню его руки. В мозолях. Такие руками
Не лгут. Но и правда — всего лишь инструмент.
Мы вышли курить. Он сказал: «Я всё знаю про ваши
Контейнеры в порту». Знал он много. Достаточно,
Чтобы однажды проснуться и вспомнить, что лес
Не только для грибников, но и для таких,
Кто слишком много знает про чей-то товар.

Товарищ включил поворотник. Это значило: скоро.
Солнце вставало, как приговор, приведённый в исполненье
Над ночью. Оно разливалось по лужам,
Как ртуть по стеклу, как последний довод в споре,
Где нет победителей, а есть только те,
Кто успел умыться до того, как свет
Высветит пыль на прилавке души.

Мы ехали молча. Я думал о том, что эгоизм —
Это единственная религия, где рай
Обещают сразу, без взносов и без мощей.
А он лежал там, где обычно лежат
Инструменты и коврик, и думал о чём-то своём.
Наверное, о том, что весной надо красить забор.
Наверное, о том, что сын сдал экзамен по пению.
Наверное, о том, что сосед обещал привезти
Песок для фундамента. Мелочи. Из таких мелочей
Состоит та жизнь, в которую мы въезжаем
С грацией пули, вошедшей в учебник истории.

Потом было море. Нет, не Чёрное. То,
Где нет ни приливов, ни отливов, а только
Рябь на поверхности глаз. Выборы, встречи,
Улыбки, как гипсовые слепки с улыбок.
Я стал депутатом. То есть профессиональным
Свидетелем собственной лжи. Мой товарищ
Получил медаль «За охрану порядка»,
То есть за то, что умел молчать в нужный момент.

А плотник? Он стал частью ландшафта.
В геодезии есть термин — «точка съёмки»,
От которой отмеряют расстояние до счастья.
Таких точек много. Они не видны на карте,
Но без них невозможно построить маршрут.

Иногда, проезжая мимо того поворота,
Я замечаю, как солнце встаёт всё так же,
Как в то утро, когда мы везли в багажнике
Не тело, не труп, не улику — мы везли
Своё будущее, упакованное в мешок
Для мусора, с надписью «Земля примет любого».



15.02.2026