Монолог опричника

У меня с одним семитом состоялся разговор.
Я держал себя открыто, он был замкнут словно вор.

Ёрзал словно на иголках, руки за спиной сложа.
Исподлобья взгляд был колкий словно острие ножа.

Я сказал ему, как другу, душу мне свою излей,
Без утайки и испуга! Ты ж – еврей и я еврей!

Ты мне, братец, как родному, всё, что надо расскажи.
И беги скорее к дому бремя груза, сняв с души!

Только этот (крендель тертый) сознаваться не хотел.
Как немой молчал упёрто и угрюмо в пол глядел.

Для разрядки атмосферы, засучивши рукава,
Я ему, забыв манеры, двинул в скулы раза два!

Тот упал, затем поднялся, кровь растёр по челюстям,
Через силу рассмеялся и послал меня к чертям…

Он держался еле-еле, свет от лампы жёг лицо.
Не встречалось мне доселе столь упорных подлецов!

В жёлтом свете паразиты, как на лысине видны…
Я – великий инквизитор! Санитар больной страны!!!

Мне вас изводить доколе?! Где на всех здоровья взять?!
И царапнул в протоколе:
                …в ночь на третье расстрелять…