Раскаяние

Тишина внутри меня лопнула
Обдав брызгами душевного неугомонства
Как муху вчерашняя газета прихлопнула
Таков кислый привкус всякого неугодства
В этих узких извилинах естества, громоздка
Не то что мысль о вечном, но и о себе
Растопляет воск последнего остатка мозга,
Вымучивающая гимн о покое на трубе
Всеми забыта, человеческая привязанность
К лелеемым райским чертогам
В Святых писаниях гиблая недосказанность
Для моих современников это вечный зов к тревогам
Частная жизнь строит планы апокалипсиса
Чья невзрачность, в свой черед, лучше
Чем разлитая вонь народного скепсиса
С кем, зовущий в тупик, лжепророк неотлучен
Вновь я слышу призыв к любви за отчизну
Но всему есть предел, и даже патриотизму
Разве, зарвавшиеся благодетели, видят укоризну?
Или чуют нужды народа из своего болота бюрократизма?
Да приходится мирится, морщась, от бессилия
Пустота раздвигается, засасывая остатки безволия
Но не променял я стакан на хладость ружья
Так, просто, научился топить мою меланхолию
Хочу представить, что война окончена, что воцарился мир
Но, кажись, скорее кончусь я
Не придумал, Господь, успокаивающий эликсир
Они там, чтоб мы не разрастались, договорились втихаря
А мы же, выпестывая себе смысл, копошимся в суете
Ведь, данный вид сути, в нашу честь, притягателен
Даже наши дети погрязли в куршавельской маете
За что, Сатана, нам особенно признателен
Я возвращаюсь к своей грусти бытия
И счастливые дни мои, не знаю кем охаянные
Превратятся в правдашний покой, где я гния
Искуплю все мои каждодневные раскаяния