И скоро кончится зима

И почему-то зимами отсчитываю время,

Хотя входила в мир июльским днём,

Но, видно, жарковато было в нём

И перегрела с непривычки темя.

                Когда зима пришла к весны началу,

                Земля была, как лунь, белым-бела,

                Ей всё казалось - снегу было мало,

                К исходу февраля уже устала -

                Лежать у ветра левого крыла.

И в белых снах ей снился запах мяты,

Проталины на потемневшем льду,

Подснежник первый незамысловатый,

Томление внутри всплыло невнятно,

Как зелень в пробудившемся пруду.

                Конь февраля споткнётся на скаку

                И станет у безвременья строкою,

                У музыки безвольною вдовою,

                Клюющей зёрна птицей на току
 
                У поля в переспелом забытьи,

                Звенящим запоздалою пчелою,

                И острым запахом сосновой хвои,

                Плывущей в тонких нитях паутин,

                Микроскопических глазастых паучков,

                Родившихся в старинных ранах сосен,

                Забывших горечь тонкокожих вёсен,

                Солёный привкус откровенных слов,

                Застывших в венах каплями смолы...

Шуршит песок озёрного залива

Водой прозрачной и неторопливой...

Но это всё потом. Ещё малы

Надежды на скорейшее тепло,

На радость зелени и синевы небес.

Вот рыжий кот на дерево залез

И сыплет снег. Дорожки занесло

И всё, что сердце до сих пор печалит.

                Зима намеревается отчалить
      
                В края где монохромно и бело...   

                Ну, а пока февраль, как мать, качает...