Рейс губы дугою полощет
Билет, как отчаянный жест.
Урал! Для меня же попроще:
Давно малахитовый крест.
Казалось, курили неспешно
Две пачки — всего ничего.
Отец стряхнул пепел небрежно
В последнюю урну его.
Февраль — этот месяц сурово
Подводит второй раз итог.
Озябшее вырвалось слово,
Чтоб в горле застрять поперёк.
На нас лишь армейская майка,
Без пошлых, тяжёлых цепей,
Чтоб было потом вещь не жалко
Отдать на храненье в музей.
Обратно подчёркнутым рейсом,
Сюда не вернусь, только жаль,
Что память легла эдельвейсом
На проклятый мною Февраль.
Свидетельство о публикации №126021502426