Памяти А. В. Муравьёва

Роялю он всю душу открывал,
беседовал с ним долго, вдохновенно!
Тоску из сердца звуком вымывал,
играл всегда свободно, откровенно!

И был готов работать до конца,
в клавиры погружаясь, в партитуры.
Болезненность усталого лица,
тяжёлое скольжение фигуры

по гулким коридорам, по мечтам,
несбывшимся, сгоревшим без остатка.
Он верен был всем прожитым годам,
всем тем, где было жить совсем не сладко.

Где ныло одиночество в груди,
и скудный быт нещадно разрастался.
А он всегда к студентам приходил,
на улице курил и улыбался,

и нервно край одежды теребил,
бросая взгляды в стороны украдкой.
Несчастным он по сути всё же был.
Молился перед тусклою лампадкой,

терялся в неизвестности путей,
оплакивая пролитые слёзы.
И жизнь его мрачнела от потерь,
и вяли на снегу живые розы.

Работал до последнего, играл,
пока не замер пульс в одно мгновенье.
Он музыкой свет неба призывал
и чувствовал в ней Бога дуновенье.

2026 год