XX

Считаются дни, как часы на стене, 
Семь шагов до двадцатки, семь до бездны шагов. 
Тени прошлого воют, как ветер в трубе, 
Тревога растёт, как луна без волков…

Сон пролетает, как с наркозом больница, 
В голове — карусель из обрывков и слёз. 
Третий десяток — не просто граница, 
Это крест, что несет человек, не задавши вопрос…

Лет много назад я распался на части, 
И выжил, но став мрачной тенью себя!
Мозг в заложниках больной психики пасти — 
Вот вся память, что бьет, как безумная злая война…

Я гляжу на себя - лицезрею лишь маску, 
Лицо, что забыло, как смеяться в ответ!
Двадцать — это не возраст, а вечная тряска!
Мне прошлое — якорь, а дальнейшего - нет…

Я встречаю рассветы с больными глазами:
Свет кажется ложью, а тьма — правдой дня. 
Я чувствую муки, беснуясь с часами, 
Но страх не уходит, как цепь у огня. 

И всё же дышу, хотя это больно, 
Сквозь трещины в душе пробивается свет,
Не знаю, что будет, но знаю, что долго 
Осталось мне жить, даже если надежды нет…